Смерть полна сюрпризов!

Может, я слишком много книжек прочитал, а ящик все-таки сам? Но, как? И – пыль? В смысле, ее отсутствие на ручках и вокруг?..

В понедельник с утра калым подвалил. Поехали с Вовочкой к самому Лозовому мебеля новые завозить, старые – вывозить. Поймал себя на мысли, что Лозового в последнее время становится как-то слишком много! Однако, калым – это хорошо. Возьму да и приглашу Царицу Египетскую в кабак! Вдруг согласится? Потом ко мне поедем…

Вовочка помешал мне мечтать, сразу заговорив про нашу совместную пирушку, едва устроились в кузове грузовика.

Коля Маленький дал газу, мы хором качнулись, как два китайских болванчика. Вождь Краснокожих взахлеб рассказывал о том, что Светуля в постели вытворяет. Очевидно, влюблен в нее он вовсе не был, иначе помолчал бы. Я же на его вопросы о способностях Нифертити заявил, что у меня с ней ничего не было.

– Как не было? – изумился Вовочка.

– Да так, не было, – повторил я. – Она отвернулась к стенке и уснула, и я тоже уснул. Пить надо меньше.

– Что, просто так уснул?!

– Да, просто так.

Я вообще слово себе дал – до свадьбы ни-ни. Не хочу смазывать впечатление!

Вовочка некоторое время смотрел на мое абсолютно серьезное лицо, потом хлопнул себя по ляжке и принялся ржать!

– Ну ты и приколист! А я-то уши развесил!.. Ладно, не хочешь рассказывать, не говори. Джентльмен хренов!

– Честь имею!

Возле мебельной базы я увидел «Волгу» Бубена. В стороне прогуливался Лозовой. Проректор по АХЧ был одет в отменный светлый костюм, белоснежную рубашку, галстук.

Высокого роста, видный мужчина. Казанова долбаный! Пусть только попробует к моей Ниночке сунуться… «Она же его родственница!» – напомнил сам себе. Но, тут же поправил: «Она – родственница его дочери. Это еще ничего не значит. Очевидно, родственница по матери?..»

Мы бережно загрузили книжный шкаф в Колю Маленького (в смысле – в его грузовик) и доставили в шикарную проректорскую «фатеру». Старые книжные этажерки, освобожденные от книг, были приготовлены на вынос. Книги были аккуратно сложены на полу, на расстеленных газетах.

Особое место занимали альбомы с марками. Я сразу узнал кляссеры дяди Яши. Если бы и сомневался до этого, что Лозовой их прибрал, то теперь удостоверился.

Новые кляссеры взамен старых дядя Яша изготовил сам. Кожу для обложек ему привезли из Богородска на заказ. Стежки были ровные, словно прошиты на машинке, – он старался. А страницам, в которые были вклеены целлофановые кармашки, дядя Яша придал вид старинных папирусов.