Отпуск с убийцей

Да толку-то?! Знаете, какие номера он зачеркнул?

– Не представляю, – с нарочитой серьезностью откликнулся Невский. – Это слишком сложно для меня. Ребенок справится, а я вот – нет.

– Вы смеетесь, – Лидочка обиженно надула губки. – Небось ни разу не играли, жалко было денег… А я действительно переживаю. Вдруг повезет? Ну, хоть один-то разъединственный разок!.. Я вам сейчас скажу. Номер пять, семнадцать, тридцать один, тридцать четыре, сорок два и сорок семь – вот! Я уже их даже ненавижу, эти цифры… Шесть-то лет подряд!.

– Нет. Вы правы: я в эти игры давно перестал играть. Мне, как и вам, не везет.

– Совсем? – недоверчиво спросила Лидочка.

– Ну, почему же… Иногда отчаянно везет. Вот, например, теперь… Я встретил вас, чего же боле…

– Ладно-ладно, – словно подзадоривая, усмехнулась Лидочка. – Тоже мне, везунчик! Поди, вы каждой симпатичной девушке…

– Нет, только вам! – торжественно и пламенно заверил Невский, явственно почувствовав, что эта его маленькая ложь пускай для спутницы и очевидна, но и некоторым образом приятна.

Видно, ей самой не очень-то хотелось упускать его. А что тому причиной – господи, какая разница!..

– Я посмотрю еще, как вы себя тут будете вести, – шутливо пригрозила Лидочка. – Учтите! Вообще-то я ужасно уважаю тех, кому везет…

– И кто не хочет этого скрывать! – добавил важным тоном Невский.

– А зачем тогда знакомиться? – игриво потянулась Лидочка.

«Так все же – кто кого здесь охмуряет, если толком разобраться? – неожиданно подумал Невский. – Впрочем, ладно. Ей зачем-то надо – ну и пусть. Я тоже… отдыхать приехал. Можно и расслабиться чуть-чуть».

Меж тем из-за колхозных полей незаметно выдвинулась мощная сиреневая туча.

Редкие купальщики, несмотря на будний день, все-таки обосновавшиеся на противоположном берегу, заволновались и стали торопливо одеваться.

– Сейчас польет, – с досадой заметил Невский.

Лидочка, обернувшись, высматривала что-то на санаторском берегу.

Невский проследил за ее взглядом.

У самой воды, полускрытая листвой довольно чахлого кусточка, стояла, зорко наблюдая за происходящим у реки, Евфросинья Аристарховна – его соседка по столу.

До нее было метров пятьдесят, а то и семьдесят, и с точностью определить, куда она глядит сейчас – на них или, положим, просто в даль, – отсюда было невозможно.