Отпуск с убийцей

– Насчет Лиды – это верно? – спросил он тихо.

Куплетов взглянул на него, как-то брезгливо морща лоб, и зарылся щекой в подушку.

– Все – вранье! – провозгласил он. – Ну конечно нет! Успокоились? Ведь может человек вот просто так, потехи ради… Не со зла же…

Невский ничего не ответил. Он сдернул с вешалки красно-оранжевую куртку с сине-белым капюшоном, уже просохшую к утру, и, на ходу натягивая ее на себя, вылетел из комнаты.

Он знал, что Куплетов потешается над ним, но ждал именно этих слов.

Двери из вестибюля на улицу были настежь.

Снаружи по-прежнему моросил мелкий дождь, но на площадке перед домом толклось много народу.

Все о чем-то разом говорили.

Невскому удалось только разобрать: «И всё… Убили… Нынче ночью… Как она теперь – одна?..»

Глава 9

Было промозгло, не по-летнему зябко, и оттого все кругом кутались в плащи и куртки. В воздухе плавали цветастые зонты.

Всеми владело непонятное, гнетущее возбуждение.

На глаза Невскому попались его соседи по столу.

– Всем – здрасьте. С самым добрым утром, – поприветствовал он их машинально.

– Да какое уж там доброе!.. – горестно молвил Лазаретов и тыльной стороной большого пальца смахнул с кончика носа дождевую каплю.

– Это просто неслыханно, – подала голос Виолетта Прохоровна. – Если бы я только знала, то… никогда бы не приехала сюда. Да! Ни за что!

– А вот интересно, откуда вы могли бы знать? – неожиданно рассердился Лазаретов.

Он вытащил большой носовой платок, расправил его и громко высморкался, строго глядя на Невского.

– Да что тут, собственно, случилось? – спросил тот. – Я слышал, какое-то убийство…

– Да-да! – закивал Лазаретов. – Жуткое убийство. Представляете?

– Здесь, в санатории?

– Ну, вы уж скажете! Упаси боже, чтобы – тут!.. – замахал руками Лазаретов.

– Медсестра, – ледяным тоном произнесла Евфросинья Аристарховна.

– Как?! – едва слышно, чужим совершенно голосом пробормотал Невский. – Лида? Ее что… убили?

Страшное предчувствие сжало все внутри в напряженно бьющийся комок…

– Этого еще не хватало! – опешил Лазаретов. – Она жива. Но ее муж!..

– За что? – невольно вырвалось у Невского.

Лазаретов лишь выразительно поморщился да руками развел: дескать, батюшки, за что ж на свете убивают, экий вы наивный человек!..