Анталион

Возле Люси как всегда снуют близнецы, а Ник тихо сидит за столом. Мы улыбаемся друг другу, и я сажусь рядом с ним. Люси расставляет тарелки, попутно ругая испортившуюся погоду за окном и разбросанные немногочисленные игрушки, которые мальчики оставляли под её ногами. Мы ужинаем и разговариваем о том, как прошел этот день, посмеиваясь над близнецами, которые таскали друг у друга из тарелок еду, так, будто у другого она была вкуснее.

В моей жизни никогда не было таких вечеров, когда все собираются за одним столом, вместе ужинают и рассказывают, как прошел их день.

Обычно наш вечер проходил в тишине. Если мама не задерживалась на работе, то мы ужинали втроем, но такое случалось редко. Чаще всего мы проводили вечер вдвоем с Ником, интересуясь друг у друга, как дела в школе.

В этот самый момент, когда я почувствовала себя в кругу семьи, на душе стало тоскливо, от осознания того, что мне предстоит покинуть этот дом, и остаться жить на долгое время с незнакомыми людьми под одной крышей.

«Если, конечно, я поступлю» – мысленно поправляю себя.

От осознания того, что я буду проводить бок о бок, дни и ночи, с незнакомыми людьми, мне становилось не по себе. Но я успокаивала себя мыслями о том, что возможно, смогу подружиться с кем-то и военная академия перестанет быть таким пугающим и холодным местом для меня.

Когда все расходятся по комнатам, пожелав друг другу приятной ночи, я ставлю будильник раньше нужного мне времени в страхе проспать. Проверив ещё несколько раз, точно ли я включила будильник, я проваливаюсь в тревожный сон, в котором я – маленькая девочка, оставленная в одиночестве среди незнакомых мне людей.

Сначала меня ласково зовут пойти куда-то, но я отказываюсь и продолжаю стоять на месте. Я не вижу их лиц, но по голосу понимаю, что мой отказ вывел их из себя. Они начинают кричать и хватать меня за руки, пытаясь увести меня куда-то, от чего мне становится ещё страшнее. Я плачу, а они кричат ещё сильнее. Кричат о том, что теперь я им принадлежу, что они решают, куда я могу идти. Вдруг, чья-то тёплая рука хватает мою руку, и я просыпаюсь, тяжело дыша, и не понимая, где я нахожусь.

Я осматриваю комнату и постепенно прихожу в себя. Первые лучи солнца освещают скромную обстановку комнаты, и я испуганно смотрю время на коммуникаторе, в страхе ожидая увидеть, что я проспала. Но время всего лишь пять утра и можно было поспать ещё, но я решаю больше не ложиться.