Мена

Только не это! Боже мой! Что я наделал? Как же теперь быть? Как Милану вызволять? Что я Вадику скажу? Блядь, она еще и видео для Тагира записала? Да за такое оскорбление Бадоев всю нашу семью вырежет!

– Удали видео! – потребовал я, подскакивая с кровати.

Я подхватил с пола свои боксеры, натянул их и подошел к ней вплотную. Девчонка уже оделась и смотрела на меня теперь поджав губы.

– Пожалуйста, Ри… Арина, я умоляю! – я упал перед ней на колени. – Тагир убьет нашу сестру! Я прошу, дай нам с братом еще немного времени.

Это все, что нам остается! Хочешь убей меня, только дай шанс Милане.

Я не выдержал и разрыдался. Арина смотрела на мои слезы с совершенно бесстрастным лицом.

По мере того, как выходила из меня соленая вода, выжигающая мне глаза, мне становилось легче.

Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем я выплакался перед этой не моргающей сейчас бандиткой. У меня свалился с души такой огромный груз, что она воспарила.

–Хорошо, Илья, – сказала Арина, когда я закончил рыдать.

 – Я не стану его отправлять. Это будет залогом твоего хорошего поведения. Если ты будешь глупить – Бадоев получит его в ту же минуту, а если попытаешься со мной что-то сделать, или сделаешь, менять Милану будет не на кого.

Я послушно кивнул и поднялся с колен. Вернувшись к своей одежде, я начал напяливать ее на себя.

– Ты куда-то собрался? – удивилась Арина.

– Отведи меня обратно! Я хочу побыть один!

– Нет. Ты останешься со мной, – тоном, не терпящим возражений, ответила девушка.

 – Я хочу, чтобы ты был на виду. Тебе чего-нибудь принести? Чаю? Бутерброд?

– Я не голоден.

– Выпьешь чего-нибудь? – Арина снова открыла шкаф. – У меня есть коньяк и мартини.

– Если ты со мной выпьешь.

Может быть, она напьется и станет более сговорчивой?

– Я не хочу, – обломала меня девчонка.

Я тоже не стал пить спиртное. Я и так накосячил сегодня больше, чем за всю свою жизнь. Не время бухать.

Арина погасила свет. Комнату заполнил полумрак но темно не было.

В окна попадало немного света от уличного прожектора, так что в пространстве можно было легко ориентироваться.

Девушка разделась, но трусики и майку оставила. Она вытащила из шкафа еще одну подушку и подошла к кровати.

– Уже почти утро, – сказала она. – Пятый день пошел. Ложись, Илья. Я тоже устала.

Девчонка бросила для меня подушку на кровать и легла на соседнюю, отвернувшись от меня. Она натянула на себя одеяло почти до макушки и затихла.