Мена

Мне стало неловко, что я причинил ей боль, хоть и не намеренно. Почему-то я не держал зла на нее за все то, что она со мной сделала.

– Расскажи мне, какая она? – внезапно поменяла тему Арина.

– Милана? Она… чудесная, светлая, мы с Вадимом очень ее любим и оберегаем. Я представляю, как ей там страшно в плену. И про Тагира такие слухи ходят… Понимаешь?

– Поэтому вы, уебки, решили, что мне кайфово там будет? – разозлилась Арина.

Я не ответил. Что мне ей сказать? Мы вообще об этом не думали. Кто такая была для нас Ковалева? Эфемерная, незнакомая девушка.

Нам было плевать на нее. А теперь ОЧЕНЬ даже знакомая. Лишил девчонку невинности, а теперь отдам ее Бадоеву на верную смерть. Блядь, даже думать об этом стремно.

– Я не знаю, что нам теперь делать, Арина.

– Я живой не сдамся. Скажешь брату, чтобы больше ко мне не совался. Ты же понимаешь, что я вас убью? Я вас не боюсь и не жалею. Мне до Филатовых дела нет, хоть все передОхните!

– Я понял.

– А твой брат? Какой он?

– Он? Очень добрый, только виду не показывает.

Вадик хочет всем казаться жестоким и злым, но это не так. Это из-за папаши. Он был не самым лучшим отцом. Вадим воспитывал нас с Миланой. Однажды… – я рассмеялся, вспомнив забавный случай из детства, которым мне хотелось поделиться с Ариной.

– Все! Заткнись! – оборвала меня девчонка. – Больше знать ничего не хочу.

Колючка. Недолюбленный, как и мы ребенок. Сколько ей было, когда она осиротела? 15? 14?

Уже рассвело. Прожектор за окном погас, но я видел эти острые упрямые девичьи плечи.

Рядом с этой белобрысой бандиткой, в чьей власти я был, я ощущал себя мужиком, как никогда прежде. Мне хотелось ее отогреть, зацеловать с головы до ног, защитить от всего мира.

– Арина, не злись на меня. Я не виноват, что так все получается. Мне от этого так же больно, как и тебе.

Девушка вздохнула и шмыгнула носом. Плачет? Я не мог этого не сделать. Обняв ее за плечо, я повалил девушку на себя, прижимая к своей груди.

– Все будет хорошо, – выдохнул я в ее волосы.

Я знал, что это не так, но нужно было сказать что-то хорошее. – Малышка, не плачь, прошу тебя!

Не зная, как ее еще успокоить, я повернулся на бок и поцеловал ее в губы. Она замерла от неожиданности, а затем обвила мою голову руками и ответила на поцелуй.

– Я хочу еще, Илья! – внезапно сказала она.

– Тебе же не понравилось? – Девчонка ничего не ответила, только поджала губёшки. – Снова будет больно, – предупредил я.