Сводные. Расплата за ошибки

– Чёрт! – тихо выругался Захар, выпуская меня из объятий.

Я разочарованно вздохнула, пытаясь прийти в себя. Захар такой пугливый, что не смог довести дело до конца, из-за дверного звонка? Не такой уж он и крутой, оказывается.

В домофон снова позвонили, только уже более протяжно и нетерпеливо.

Кого это, интересно, принесло? Я больше никого не ждала точно. Надеюсь, это не родители? У них должны быть ключи…

Да хоть бы и они. Мы культурно проводим время, даже ещё не напился никто, в доме порядок, так что стыдиться нечего.

Прихватив напитки, мы с Захаром вынесли их из дома, а потом я бегом побежала отпирать ворота.

5. Василина

Открыв калитку, я обомлела.

Никак не ожидала увидеть Диму. Каким образом он оказался дома на сутки раньше? Это невероятно! Я почему-то так обрадовалась, что с ним всё хорошо, что он нормально долетел и наконец-то здесь, что вылупилась на него, как на самого бога.

Брата я узнала сразу. (Ещё бы, столько пялиться на его фотографии.

) В жизни он казался ещё красивее и обаятельнее. Это из-за его энергетики.

Я только слышала о таком понятии краем уха, а теперь ощутила на своей шкуре, что это вообще за ощущения. Стоило нам встретиться взглядами, как я будто окаменела, а язык и вовсе отсох. По телу побежали мурашки, но не такие, как от Захара или других парней, а ядрёные, подкованные. Топотали так, что можно было услышать, если напрячь слух. И бежали они по коже не хаотично, а целенаправленно прямо ко мне в трусики, божечки!

У меня соски стали каменными от мурашей, а в животе что-то булькнуло и сладко сжалось.

Парня как будто было настолько много, что он занял всё пространство вокруг. Мы на улице стоим. Такого быть не может в принципе.

А потом меня охватил испуг.

Дима так на меня смотрел, что мороз пробрал. Его лицо оставалось невозмутимым, в то время, как глаза медленно, с ленцой смерившие меня от макушки до пят, искрились чертенятами.

И размеров Дима был каких-то невероятных.

Он был одет в спортивный костюм, сидевший на нём довольно свободно, но широту его плеч и бычью шею невозможно было не заметить.

Ничего себе! – едва не простонала я вслух.

– Ну, привет, сестрёнка! – шагнул ко мне Дима, заслоняя собою солнце, и крепко обнял меня, выбивая остатки воздуха из лёгких. – Прости, от меня пахнет не очень, я три дня жил в аэропорту.