Только (не)любовь

– Я должен передать ей ключи и заодно забрать свои вещи.  Ту медвежью шкуру у камина я ей не отдам!

Послышался смущённый смешок. Хоть Вика и скромница на словах, но что она вытворяла со мной в этом особняке. В том числе и перед камином! Мы идеально подходим друг другу.

Чёрт, почему я оправдываюсь перед самим собой, будто уговариваю поверить? Ведь всё это правда.

– Она красивая? – спросила Вика на прощание, уже пожелав мне спокойной ночи.

– Шкура? По мне, так просто бомбическая!

– Нет. Девушка, – в тоне любимой впервые прозвучала настороженность.

Я даже подумал, что ей обидно. Один только вопрос: почему? И кажется, ответ я знал без подсказки.

– Тебе что звонила моя мама? – спросил я так, чтобы Вика не подумала мне лгать. Ни разу не ловил её на лжи, но кто знает.

– Я сама звонила ей. Хотела узнать, как она себя чувствует.

Всё-таки была у Вики одна раздражающая черта: она слишком идеальная. Заботливая, чувственная, хорошая любовница и добропорядочная девушка, которую не стыдно показать родным.

И предсказуемо-скучная. Но ведь должен же быть у неё хоть один недостаток!

А вот моя мама, как бы я ни любил её, предсказуемой и добропорядочной не была. У неё всегда готова сложная многоходовка. И если что-то не срабатывала, она вынимала, как фокусник из рукава, другую. Или третью, в итоге всегда добиваясь своего.

– И она рассказала тебе о наследстве, – мрачно заключил я.

Даже подтверждения эта мысль не требовала. Мама вцепилась в заветный миллиард, и не желала его никому отдавать.

То-то она так эту Герду обхаживала!

– Я сама спросила, – торопливо пояснила Вика, но я перебил её лепет:

– Послушай, никакого брака между мной и дочерью отца не будет. Поэтому я и беру тебя с собой. Чтобы ни у какого из вас, или тех, кто сегодня был у Сергея Сергеевича, не осталось сомнений. Так ты поедешь?

– Конечно, Яр, – потеплел голос Вики, и я тоже с чистой совестью пожелал ей спокойной ночи.

Вот только спать не собирался. Сначала требовалось  поговорить с матерью.

Я набрал номер и мысленно приготовился к бою.

– Ярик, я так рада, что ты позвонил. Ничего не случилось? – голос мамы журчал так сладко, будто молочная река из сахарного сиропа с кисельными берегами.

Но я слишком хорошо её знал. Чует ведь, зачем звоню.

– Ты добиваешься, чтобы я бросил Вику и женился на этой Герде? – спросил я в лоб. Играть в женские игры не для меня. – Этого не будет.

– Да мне всё равно, – обиженно хмыкнула мама.