Одноклассники

Его супруга была старше и его, и меня лет на пятнадцать – двадцать и по сравнению со мной, двадцатитрехлетней девушкой, выглядела старухой, некрасивой и непривлекательной. Любовь была сумасшедшая, но все тайное когда-нибудь становится явным. Так произошло и с нами. Его жена даже приходила ко мне выяснять отношения, но я держалась, как кремень, и угрызений совести в то время не испытывала. В конце концов, всё закончилось жутким скандалом, и любовь прошла. Сейчас этот товарищ занимает высокий пост в одной из стран СНГ, подрастерял всю красоту и превратился в плешивого, облезлого пузатого старикашку, а ведь в свое время был исключительным красавцем.

Меня любил безумно, но оказался крайне слабохарактерным человеком и не смог, к сожалению, а может, к счастью, воспротивиться обстоятельствам, вмешавшимся в наши отношения. С тех самых давних пор романы с семейными мужчинами для меня – табу.

Мои размышления прервал стук в дверь.

– Кто?

– Это я, – послышался голос предателя.

– Я только встала и еще не готова.

Что тебе нужно от меня?

– Олюшка, открой, пожалуйста! Не сердись, просто заговорились с Инной. Она тоже спортсменка. Не заметили, как время пробежало, прости!

– Меня не интересуют твои объяснения и нет ни малейшего желания с тобой разговаривать, иди к себе, – злоба прямо вцепилась мне в горло.

Вот подонок, пытается еще оправдаться, спортсмен хренов! Пенсия на горизонте, а все туда же, к молодым телкам. Он стал мне просто противен, да пошел ты…

За дверью помолчали.

– Ну хорошо, потом поговорим, – обиделся Леха.

Гляди-ка, он еще и в обиде! Нет, надо с ним завязывать, и я отчетливо поняла, что совсем не хочу его и даже видеть не желаю. А вообще-то хорошо, что он вчера так поступил, тогда бы с Фимой ничего не получилось, а если бы и получилось, то были бы угрызения совести, а так: как ты со мной, так и я с тобой. Как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло. Всё, в душ, в душ…

После душа стало намного легче. Не спеша, привела себя в порядок.

Меня не отпускали воспоминания о ночи, проведенной с Фимой. Черт побери, а ведь мне было так хорошо с ним! Даже его дикая животная страсть не казалась мне сейчас уж такой ужасной. Захотелось, чтобы он снова взял меня именно так, грубо и бесцеремонно, как в эту первую нашу ночь. Воспоминания о таком его странном обращении со мной вызвали у меня приступ желания. Стала подниматься волна возбуждения. Да что же это такое?! Я будто наяву почувствовала его тело.