А я тебя нет

Теперь к их столику обернулись еще несколько голов.

– Кати…

– Только об тебя опять вытрут ноги! – Ее голос всё-таки опустился до едкого шепота. – А когда это случится, ты снова похудеешь, почернеешь и въедешь в дерево. И как только снимут швы, свалишь от нас. Но Бат слишком близко. – Она зло сощурилась. – В этот раз валить придется подальше. Как тебе Италия?

Фонтан красноречия наконец иссяк. Карие глаза сестры с вызовом всмотрелись в его лицо, ноздри раздулись, выдающаяся грудь заходила ходуном. Огнедышащий дракон.

Ее муж лежит под каблуком так неизменно, что она считает, будто может наводить страх и на других мужчин. Но точно не на того, кто в детстве запутывал в ее темной густой шевелюре иголки от можжевельника.

И не тогда, когда дело касается Элли Мейер.

Никто не будет трогать тему Элли Мейер.

Хит оперся ладонями о стол, оттолкнулся и медленно поднялся. Вырос над Кати. Костяшки пальцев заныли от желания всадить их в дерево столешницы. Шрам на брови, который за годы стал почти незаметным, запульсировал.

– Иди работать, пока я тебя не уволил. – Его голос спустился до холодного полушепота.

Но итальянский темперамент не остывает так быстро.

– Я расскажу маме, – прошипела Кати. – Точно расскажу. Столько баб вокруг: красивые, умные, трахаться умеют! А ты…

– Мистер Фейер, можно вас на минуту? – ворвался и их диалог мужской голос.

Кати встрепенулась и сделала шаг назад, Хит повернулся на звук. К их компании, уставившись в планшет, широким шагом двигался бармен. Спасение.

Для обоих. Хит выпрямился и откашлялся.

– Я сам подойду к тебе, Ник.

Парень затормозил и понятливо кивнул. Развернувшись, двинулся обратно к бару. Рядом пронеслось громкое несдержанное фырканье.

– Просто чтоб ты знал: у тебя на роже все еще написано «Ферреро», – хохотнула сестра, скрестив руки на груди.

По ее заднице давно не ходили можжевеловые ветки. Хит искривил губы в ухмылке, подобрал со стола телефон и развернулся к бару.

– Работа ждет, Катарина.

– Кэтрин, – шикнула она.

– Катар-р-рина…

…Из всей компании в машине осталась только Элли.

Первым делом Хит высадил Марка, который все-таки выблевал часть пива за борт. Потом пришла очередь Калеба и Трейси. Последней стала Мими. Она ушла, пошатываясь, и даже не обернулась на свою соседку, наверняка опять забыв о ней. И вот… Элли замешкалась: стянула с колен плед, начала методично складывать его в потемках. А могла бы просто скомкать, бросить на заднее сиденье и убежать домой.