Мой Рон

Через несколько минут будильник прозвенит заново и загонит в мозг новую партию гвоздей. Нужно подниматься. Внезапно что-то пощекотало нос, будто кто-то провёл по нему кисточкой для смахивания пыли. Майрон поморщился.

– Пошёл отсюда, – он снова вытянул руку и, всё так же не открывая глаз, резко столкнул с себя тяжелый, но мягкий ком.

Ком с глухим стуком упал на деревянные доски пола. Издал вопросительное «яу?» и тут же с громким урчанием запрыгнул назад. Пушистая метелка снова прошлась под носом. Как всегда.

Майрон нехотя разлепил веки и наткнулся на любопытный взгляд.

– Нужно было вернуть тебя Бренту, – хмуро сообщил он в зеленые глаза.

«Яу?»

Идиотизм. Как он дошёл до того, что разговаривает с котом? Рон приподнялся на локтях, бесцеремонно спихнул с себя откормленный серый шар и отбросил одеяло. Ноги свесились с кровати.

«Пи-пи-п…»

Рука упала на круглую кнопку до того, как будильник набрал разгон. И это тоже повторялось каждое утро.

Майрон повернул голову из стороны в сторону, разминая шею; на колени в клетчатых спальных штанах ступила мягкая лапа. Не дожидаясь, когда туша перенесет на лапу весь свой вес, Рон поднялся с кровати. Туша рухнула на пол, издав очередной глухой стук.

«Р-р-яу?»

Кот жил здесь три месяца, и жизнь его абсолютно ничему не научила.

Майрон вообще не собирался заводить кота. Никогда. Отношения с животными у него складывались так себе. Но в мае Брент навязал ему зверушку… На самом деле он всего лишь просил присмотреть за котом, пока будет в отъезде, и коту идея не понравилась.

Рон был готов повесить паршивца на дверной ручке.

Однако потом животное смирилось с тем, что его якобы бросили, и перестало устраивать диверсии. И неожиданно прониклось любовью к Майрону. Когда Брент вернулся, Рон отказался отдавать кота.

Просто так. Просто потому, что жить с кем-то оказалось не так уж и плохо.

Рон потёр плечо в водолазке, размял одеревеневшую мышцу. Прошлёпал к выходу из спальни и завернул в сторону ванной. Не глядя, хлопнул по выключателю, вошёл внутрь, опёрся о раковину ладонями и свесил голову. Почему так хочется спать? Больше, чем обычно, и шесть утра здесь ни при чём. Хроническая усталость? Майрон открыл холодный кран, набрал в ладони воды и не жалея плеснул в лицо. Попал на волосы, и они тут же скрутились в спирали – его вечный бич.