Шагай!

Но когда тебе скоро стукнет тридцать два, уже хочется иметь под собой ортопедический матрас. Брент попробовал сделать шаг и поморщился: каждый дюйм тела проклинал Майрона за этот поход. Брата не извиняло даже обещание найти нормальную работу.

Рука безвольно упала вдоль тела, Брент осмотрелся по сторонам. И всё-таки не весь лагерь спал. В кругу палаток разного цвета и размера отсутствовала одна. Самая выделяющаяся из всех, ярко-зеленая, как свежая трава. Почти такого же цвета, как огромные глаза её хозяйки. На том месте, где Эмма Маршалл укладывалась спать, сейчас стоял собранный рюкзак и брошенная на него сверху зеленая шапка.

Значит, она всерьез собралась осуществить ранний подъем и восхождение на Коник Хилл. Ответственная.

Где-то неподалёку стал раздаваться тихий голос. В другое время он не долетел бы до места стоянки, но сейчас тишина казалась особенно хрупкой и легко нарушаемой. Прохладный воздух прокрался под серую толстовку. Брент поёжился, спрятал руки в карманы джинсов и пошёл на звук. Не то чтобы ему нужна была компания… Но да, нужна.

Спящий лагерь и лес вокруг вызывал странные ощущения.

Трава и мох глушили шаги, ветки почти не хрустели под ногами. Передвигаться получались практически бесшумно. Брент поднял руку и отодвинул в сторону лезущую в лицо лапу сосны, однако несколько иголок успели уколоть кожу на лбу. Брент поморщился. Потёр пальцем место укола.

Перед глазами открылся вид на туристическую тропу, с которой группа сошла вчера, чтобы разбить лагерь. Около тропы, прямо на ковре из мха сидела мисс Маршалл.

В одной руке она держала травинку и водила ею по затянутому в чёрные лосины бедру. Во второй руке был мобильник. Девушка прижимала его к уху и тихо говорила.

Брент замер, не дойдя несколько футов.

– Мама, ничего страшного, – терпеливо проговорила Эмма.

Кажется, он стал невидимым свидетелем…

– Нет. В Дамбартоне у меня не было времени, чтобы купить термос… – короткая пауза. – И в Драймене тоже. Послушай, я неплохо обхожусь и без него. Не думай об этом.

Мисс Маршалл замолчала, слушая ответ, который неясным шумом долетал через плохо настроенный динамик. Подслушивать плохо, но очень интересно. Брент решил не уходить. Он привалился плечом к тонкому дубу и с интересом уставился в тёмный кудрявый затылок.

– Ничего интересного, – заговорила она. – Пока что на счету одна натёртая мозоль… Нет, не у меня, не паникуй.

Это мило. Мама Брента и Майрона тоже вечно паниковала, когда узнавала что-то о своих детях.