Обними

– Я отобрала несколько резюме, перешлю тебе, – всё-таки решилась заглянуть в глаза. – Нельзя тянуть до последнего, новым людям понадобится стажировка перед открытием…

– Знаю… – перебил Майрон и снова замолчал. Если бы в кабинете были часы с кукушкой, они бы очень к месту громко тикали в самые уши… – Что я тебе подарил? – снова заговорил он.

О, так он всё-таки услышал ту маленькую ремарку. Лучше поздно, чем никогда, пожалуй. Амрита вытянула ногу на колене, и мысок чёрной матовой лодочки поднялся выше крышки стола.

– Туфли.

Пристальный взгляд скользнул по обуви.

– Симпатичные.

– Только поздравить забыл. Но я не обижаюсь, конечно.

Не удержалась. Как здесь удержаться? Нога опустилась, шпилька со стуком воткнулась в пол. Тридцать три – красивая цифра, но в их тандеме с Майроном за память отвечала Рита. За даты, встречи, дни рождения родственников и подарки некоторым из них. За цветы для брошенных любовниц тоже.

Ничего удивительного, что он забыл.

Майрон проследил за движением ноги, упёрся ладонями в столешницу и медленно поднялся.

Его фигура возвысилась над столом. Осторожно выбравшись, он скрылся за креслом, за спиной Риты раздались шелест и звон посуды. Что он делает? Она резко развернулась и забросила локоть на мягкую спинку… И тут же подпрыгнула со своего места.

В голове ударил гонг, в сердце врезалась маленькая тонкая леска. Затянулась, сдавила… но тут же мягко отпустила, позволив вдохнуть.

Майрон шёл к ней с букетом. Бордовые розы, тюльпаны, какие-то ветки с ягодами и листьями… Всё это в красивой коробке, оклеенной бумагой цвета марсала.

С надписью. Даже с надписью!

Как можно было не заметить эту красоту еще на входе?

– Держи, – коротко скомандовал он.

Коробка вытянулась вперед.

Сказать лучше он не умеет. Это не его проблема, а окружающих, которые не понимают многое из того, что обычно остаётся невысказанным. Цветы. Майрон подарил цветы. Рита с осторожностью перехватила композицию, руки сами машинально прижали её к груди. Тонкий цветочный запах пощекотал ноздри, и она глубоко вдохнула.

– Они красивые, – вдох получился длинным, протяжным. – Спасибо…

Уголок губ Майрона приподнялся. Впервые за утро.

– Твой день рождения помечен во всех моих заметках, – пожал плечами он.

– Удивительно.

– Если бы я забыл, ты плюнула бы в мой кофе.

Никогда. Никогда она не плевала в его кофе. Однако уточнять незачем.

– И это не худшее из всего, что я могла устроить, – ухмыльнулась Рита и отступила на шаг.