Позывной «Грэй»

Это унизительно! Как будто это мы какие-то преступники, а не берлессы!

Пока мы шли к казарме, я жадно разглядывала все вокруг. Одни беленые понизу деревья чего стоили! Повсюду кижанская речь, вперемешку с берлесскими словами. Тут даже воздух был какой-то другой. Пахло всего лишь нагретым за день асфальтом и зеленью, но так сладко, что голова кружилась!

На меня такой волной накатило, что слезы навернулись на глаза. Хотелось вздохнуть поглубже этим воздухом, но бронежилет не давал. Хорошо, что Марсель вызвался нести мои вещи, и мне было не так тяжело передвигаться.

Меня поселили в какую-то комнатушку еще с одной девушкой-журналистом. Она лежала на одной из кроватей с телефоном в руках и с любопытством сейчас рассматривала вошедших. Марселю было велено пойти к мужчинам.

– Что он сказал, Анна? – переспросил у меня Марсель, когда сопровождавший нас парень на кижанском языке попросил Марселя следовать за ним.

– Он сказал, что проводит тебя, Марсель! – подсказала я. – Ты что, не выучил язык? – ужаснулась я.

– Я знаю берлесский немного, – нашелся парень. – И ты же со мной?

– Проси тогда повторять на берлесском. Тут все знают берлесский!

– Это вряд ли! – вмешалась в наш диалог моя соседка по комнате, говоря на ломанном фрогийском. – Лучше вообще помалкивай, парень! За берлесский язык можно и в морду получить!

Марсель ничего не ответил, только тяжело вздохнул, повалив мой тяжеленный рюкзак в углу комнаты. Он помахал мне рукой и ушел с солдатом, терпеливо ожидавшим его в коридоре.

– Я Берта, – перешла на кижанский девушка. – Я из Бриминии!

– Анна, – приветливо улыбнулась я девушке. – Я из Фрогии!

– У тебя отличный кижанский! – заметила Берта. – Где так научилась?

– В школе. Школа хорошая была.

3. Анна

Боже, с каким облегчением я сняла с себя бронежилет! У меня второе дыхание открылось или первое нормально заработало? Такое ощущение, что тонну с себя сбросила!

Разложив свои немногочисленные вещи, я спросила у своей соседки, где душ.

– Я пойду с тобой, Анна! – сказала девушка, поднимаясь с кровати. – Тут мужики сплошь озабоченные! Лучше не ходи одна, даже в туалет!

Мы с девушкой договорились разговаривать на кижанском, чтобы она поупражнялась в языке. Я поблагодарила Берту за заботу, и мы вместе с ней вышли из комнаты. Оказалось, что наш закуток никак не запирался снаружи, только изнутри.

Я волновалась за свой кошелек, мобильник и дорогостоящее оборудование.