Город псов

Илья еще не доехал до гостиницы, когда раздался звонок. Взглянув на экран, Лунин с удивлением увидел, что звонит Яков Моисеевич.

– Илья Олегович, мое почтение, – жизнерадостно затараторил завотделением, – у меня для вас сюрприз, надеюсь, приятный.

– Надеюсь, – хмуро пробормотал Лунин, уставший за время так ничего и не давшего обыска.

– Наш пациент едет к вам! – торжественно провозгласил Яков Моисеевич. – Вы меня слышите?

– Пациент едет, – повторил Лунин, заворачивая на парковку гостиницы, – какой пациент? Вы сейчас что, о Веретенникове?

– Ну да, именно.

Мне казалось, другие пациенты нашей больницы не входят в круг ваших интересов.

– А почему вдруг его решили перевести? – Илья нашел свободное место и, припарковавшись, заглушил двигатель.

– Понимаете, сегодня у нас состоялся врачебный консилиум, с вашего позволения, телеконференция. Мы пришли к единогласному мнению, что в Среднегорске будут созданы наилучшие условия для восстановления больного, и он быстрее сможет вернуться к полноценной активности.

– Куда он сможет вернуться? – оторопел Лунин. – Вы же говорили, что ему недолго осталось.

– Увы, увы, Илья Олегович, – сокрушенно вздохнул хирург, – мы тоже иногда бываем не правы. С сожалением вынужден признать, что ошибался в своем прогнозе, три часа назад Веретенников пришел в себя.

Хотя, знаете, – спохватился Яков Моисеевич, – лучше ошибиться в эту сторону, чем наоборот.

– Тут вы правы, – Лунин задумчиво смотрел на возвышавшийся прямо перед ним серый прямоугольник гостиницы, – тут вы, несомненно, правы, Яков Моисеевич.

Впрочем, скажу я вам, вы и со своим прогнозом не так уж далеко ушли от истины.

– Это как? – удивился врач.

– Ну, вы же говорили, что Веретенников у вас долго не задержится. Вот он и не задержался.

Закончив разговор, Илья взглянул на часы. Было уже почти восемь часов вечера, и тащиться прямо сейчас, на ночь глядя, в Среднегорск никакого смысла не имело.

Если сегодня лечь спать пораньше, а завтра часов в шесть утра выехать, то к двум, ну самое позднее к трем он будет у себя в городе.

В своих расчетах Илья не ошибся. Еще не было и половины третьего, когда его «эксплорер» миновал запыленную стелу с огромными, заметными почти за километр, буквами «Среднегорск» и гербом, на котором среди двух черных треугольников гор был аккуратно вписан голубой овал озера.