Аббарр. Пепел и крылья

Ашри ловко заскочила на спину грифону и два крыла – одно покрытое белоснежными перьями, а второе – отлитое из металла – разрезали воздух. Поднявшись над песком и не снимая очки, Ашри увидела круг с правильным треугольником и три линии, сходящиеся в центре.

Элвинг направила зверя в самый центр. Прыгнув на песок, Ашри сделала несколько шагов, различила инородную границу круга, присела и пропустила сквозь пальцы сверкающие песчинки. Теперь она явственно видела отличия – мелкие кристаллики неизвестного ей минерала вместо обычного песка.

Она развеяла их в воздухе, но песчинки, словно повинуясь неведомой силе, изменили направление и легли ровно туда, где лежали.

«И что теперь?» – спросил грифон.

– А теперь будем копать, – Ашри покосилась на начинающее бледнеть небо. – И как можно быстрее.

Они начали отчаянно рыть. Когтистые лапища кайрина подняли настоящую песчаную бурю. Элвинг пришлось замотать лицо платком, чтобы песок не забил нос, но даже это не спасало: крупицы некогда величественных гор самым мерзким образом скрипели на зубах.

«Ты уверена, что там есть тайный ход, в который пролезет грифон?» – поинтересовался зверь.

Ашри зашипела, выдохнула и ругнулась, сплюнув песок. Конечно! Даже если там лаз, то явно не для кайрина.

– У нас нет выбора! Копай!

Когда яма была в два роста Ашри, они нашли то, что искали.

Наёмница и зверь замерли, не в силах поверить своим глазам.

«Серьёзно? – скосил оранжевый глаз кайрин. – Всё ради этого?»

Но Ашри не успела ответить. На востоке появился самый страшный монстр пустыни Мэй, враг безжалостный, прожорливый и непобедимый – Пылающий Орт. Голодное светило пробудилось ото сна и расправило огненные щупальца. Лучи расплавленного золота поползли по песку, нащупывая и обращая в пыль любую плоть… И, стоило им лишь коснуться искателей, как те обратились в прах…

Маленький бист индигового цвета хлопнул в ладоши.

Сидящие вокруг него такие же малыши, но иной наружности, ахнули, кто-то даже пустил слезу. Самый пухленький рогатый бистеныш встал на кровати и, ударив себя кулаком в грудь, вынул из кармана леденец. Последний раз лизнув ярко-малиновую сладость в виде тритона на палочке, малыш героическим усилием воли кинул его в колпак индигового рассказчика.