Марионетка

Он видел то, что не дано было видеть другим, он знал многие секреты и прелести этого замечательного отеля, однако они по-прежнему оставались для него недоступны. И это не только расстраивало, это чертовски злило на удивление добрейшего и милого в общении человека, каким был господин Локтионов.

Хоть каким-то утешением для Локтионова послужил бы выход статьи, а лучше даже серии статей, посвященных ему, в еженедельном журнале Подгорного.

– Я ведь не просто мешочек с деньгами, я личность.

 – Банкир возбужденно сопел. Его короткие, толстые пальцы с силой сжимали бокал с виски. – Обо мне много интересного рассказать можно. Вы знаете, Максим, я ведь стихи пишу, даже иногда песни. Вот придете к нам в гости. Я вам спою.

– Вы еще и поете? – удивился Подгорный.

– Пою – это, конечно, громко сказано. Напеваю. Так будет точнее, – объяснил Локтионов, – я ведь нот не знаю, в детстве у меня вообще со слухом проблемы были. Я про музыкальный слух говорю. А вот с годами как-то пришло.

Иной раз, знаете, сидишь. А в голове мелодия рождается. Удивительно! Я сразу телефон хватаю и на диктофон все это напеть пытаюсь, что у меня в голове крутится. Не очень, конечно, выходит, но как есть. А потом отдаю одному аранжировщику знакомому, он эти мои курлыканья в ноты переводит.

– Анатолий Григорьевич, вы интересный человек. – Подгорному даже не пришлось врать, чтобы сделать Локтионову приятно. Судя по всему, тот и вправду был фигурой яркой и разносторонней.

– Вот и я про это говорю! – энергично закивал Локтионов. – Напечатайте про меня статью, – не как про банкира, а как про человека. Впрочем, как про банкира тоже можно, – спохватился Анатолий Григорьевич, – это вредно не будет. И живите тогда в этом доме сколько хотите. Во всяком случае, в этом году он мне точно не понадобится. Коммуналку вы оплачиваете, – неожиданно строго заметил банкир.

– Само собой, – улыбнулся в ответ ему Подгорный.

Они скрепили договор крепким мужским рукопожатием.

* * *

Худощавый молодой человек в очках скучал в приемной. Увидев Подгорного, он радостно вскочил на ноги и застенчиво улыбнулся.

– А я к вам, вот. Как договаривались. Насчет работы. – Молодой человек от смущения немного порозовел и после каждой фразы украдкой бросал взгляд в сторону секретарши Подгорного, Иры, которая, в свою очередь, с усмешкой наблюдала за посетителем.