Человек в витрине

Пока Арвида не было, Рейдар ничего не говорил Эммануэлю. Атмосфера в комнате стала напряженной. Оба брата сидели отвернувшись друг от друга, смотрели на противоположную стену и слушали, как Арвид по-стариковски флиртует с Иселин. Наконец за гостями закрылась дверь.

По мнению Рейдара, Хиркенер так быстро и без суеты ушел потому, что решил: битва уже выиграна. Обдумывая сложившееся положение, Рейдар с трудом сдерживал гнев. Вместе с тем из глубин души поднималось смирение. И это было даже хуже. Его сознанием постепенно завладевало безразличие – будто туман в лесу, обесцветивший все краски и сделавший чащу непроходимой.

На него нашло оцепенение; ему показалось, что у него больше не осталось ни желания, ни сил барахтаться. От взрывоопасной смеси – агрессии и апатии – ему вдруг стало душно. Вместе с тем он понимал, что сегодняшняя встреча – самое важное событие в его жизни за много лет. Вот какие мысли бродили у него в голове, сопровождаемые визгливым смехом Арвида из прихожей. Эммануэль, очевидно раздосадованный мрачным видом Рейдара, смотрел в одну точку. Рейдар же принялся обдумывать двойной удар. Во-первых, нужно любыми силами помешать сделке по продаже магазина, которым братья владели сообща. Во-вторых, очень важно выиграть время, чтобы хорошенько обдумать сложившееся положение.

До первого удара оставалось несколько секунд. Как только распахнулась дверь, ведущая в прихожую, и Арвид с делано бодрым видом оперся о притолоку, Рейдар повернулся к нему, готовый к бою.

– Где твой зверь? – негромко поинтересовался он.

Как будто в ответ на его вопрос, в прихожей что-то заскреблось и заскулило. В гостиную просунулся черный влажный нос. Когда дверь приоткрылась на необходимые несколько сантиметров, в гостиную вразвалку, пыхтя, вошла раскормленная собачка породы папильон. С трудом ковыляя на тонких ножках, она виляла хвостом размером в половину туловища и сопела, как простуженный поросенок. Рейдар нагнулся и протянул к носу малышки длинный палец, но та попятилась, задрала голову и заливисто затявкала.

Арвид с трудом опустился на колени, словно загораживая свою любимицу.

– Тише, тише, Сильви, тише! – Он взял собачку на руки и прижался щекой к ее морде. – Она чувствует, что ты ее не любишь, – раздраженно и укоризненно заметил он.

Рейдар поморщился с таким видом, словно брат на его глазах ласкал кусок протухшего мяса или уродливое насекомое.

– Тому, что вы хотите, не бывать, – сказал Рейдар, возвращаясь к делу.

Два брата переглянулись.