Прайм-тайм

Как раз то, что нужно.

И… Это что, запах кофе?

– Привет, Шарлотта… Слышал тебя в эфире!

Что за чертовщина тут у вас творится?

Франклин, как всегда безупречный, одетый с иголочки – в розовое трикотажное поло, к верхней пуговице которого прицеплены черепаховые солнечные очки, ставит на мой стол дымящийся латте.

– Обслуживание номера, – шутит он. – Тройная порция кофе с обезжиренным молоком. Я подумал, тебе может понадобиться.

Франклин единственный, не считая моей матери, кто называет меня Шарлоттой. С этой характерной провинциально-южной манерой растягивать слоги у него выходит как-то похоже на «кашалота».

До сих пор не могу сдержать улыбку, когда он обращается ко мне.

Франклин Брукс Пэрриш на пятнадцать лет моложе меня, и в длинном перечне продюсеров следственного отдела, с каждым из которых мне приходилось делить кабинет, он на сегодняшний день последний. Стыдно сказать, но Франклин один из всего нескольких цветных, нанятых нашим каналом. Курсы в Луизианском университете, потом поразительный скачок и поступление в Колумбийскую школу журналистики, первая работа на телевидении – на неизвестном маленьком телеканале в Чарлстоне, дальше в Олбани, а следом на Си-эн-эн в отделе расследований – и теперь здесь, в Бостоне.

Стандартный путь по карьерной лестнице, необходимый для успеха на телевидении.

Он-то не знает о том, что я просекла, как он составляет портфолио из видеолент. И что я знаю: он уволится, как только сетевые воротилы посулят ему Нью-Йорк. Таковы межличностные отношения на телевидении: не спрашивай, не рассказывай, не привязывайся.

И это непостоянство меня очень даже устраивает. Правда, я все равно буду скучать по Франклину, когда он уйдет.

– Привет, Франко, рада тебя видеть! Большое тебе спасибо, что возместил остывший кофе. И как только тебе удается всегда знать, в чем я нуждаюсь?

– Да не за что, – отвечает Франклин. Мастер делать несколько дел одновременно, он уже открывает электронную почту, проверяет сообщения на мобильном и включает наш рабочий телеканал.

Франклин – настоящий компьютерный ас и, плюс ко всему, настолько дисциплинированный, что даже книги классифицирует в соответствии с десятичной системой Дьюи. Попробуйте загадать Франклину тест с наполовину пустым – наполовину полным стаканом, и он вычислит, кому этот стакан принадлежит, что в нем, отравлена ли жидкость, противозаконно ли это и не является ли продуктом политической коррупции. А еще мой продюсер такой же целеустремленный перфекционист, как и я.