Время смерти

Говорят, что переживания отражаются на лице человека, но Игорь не заметил каких-либо изменений в своей внешности. Обычный сорокалетний мужчина. Немного уставший, немного полысевший, с начинающими седеть висками. Но если стричься покороче, то седина не будет бросаться в глаза. Да и мешков под глазами нет. Игорь удовлетворенно коснулся рукой своей щеки и неожиданно для себя самого негромко пропел:

– Ты добычи не дождешься, черный ворон, я не твой…

После чего снял с крючка полотенце и тщательно вытер лицо и руки.

Как оказалось, к картошке прилагалось еще и запеченное мясо, запах которого раскатился по всему дому, как только Татьяна приоткрыла духовку. К аромату самой свинины примешивались еще и запахи приправ, которые весело щекотали нос и пробуждали и без того почти не спавший аппетит.

– У меня не жена, у меня чудо-женщина! – воскликнул Игорь, обнимая Татьяну.

Та прижалась к мужу.

– Ты как раз вовремя. Мы уже по тебе соскучились.

Игорь погладил выпирающий из тонкого свитера животик, а затем наклонился и поцеловал его.

– Папка тоже по вас скучал. Кормите скорее своего папку, а то он вас самих сейчас съест.

Татьяна рассмеялась и, повернувшись к плите, начала раскладывать ужин по тарелкам. Журбин открыл холодильник и достал из него начатую бутылку водки.

Татьяна бросила на него недовольный взгляд:

– Ты не слишком зачастил? Нам нужен папка нормальный.

– Я чуть-чуть, – Журбин виновато улыбнулся, – устал с дороги. Буквально пару рюмочек.

– Ну хорошо, – согласилась Татьяна, – только пару, а то если ты больше пьешь, то пахнет сильно.

– Да вроде бы, – не стал вдаваться в подробности Игорь, – поговорили, пошумели, разошлись.

– Все будет хорошо, верно? – Жена поцеловала его в губы.

– Может, не так хорошо, как раньше, но то, что хорошо, это непременно, – уверенно ответил он.

Через два дня Журбин позвонил Герасимову и сообщил, что у него нет никаких новых документов, подтверждающих расходование полученных от Михеева двенадцати миллионов.

С той же интонацией, что и во время недавней встречи, Валерий Петрович произнес, немного растягивая слова:

– Печально, молодой человек, очень печально. Я думаю, что Николай Анатольевич отреагирует очень жестко. Прощайте, Игорь.

Игоря несколько покоробило от сказанного напоследок «прощайте».