Ты не коснись моей руки

Михаил протянул синюю бархатную коробочку, в которых обычно дарят цепочки или колье.

– Не стоило, право. Это слишком дорого.

– Ты же даже не посмотрела! Я выбирал это только для тебя. Твоя семья сделала для меня и брата несравненно больше, это я в вечном долгу перед всеми вами.

Он сам открыл крышку, и моему взгляду предстала подвеска на тонкой цепочке из белого золота в виде голубой бабочки. Её крылья были инкрустированы сапфирами и бриллиантами.

Сама бабочка, казалось, вот-вот взмахнёт крыльями и улетит в приоткрытую на верхнее проветривание створку окна.

На волю.

– Позволишь?

Я кивнула и была рада отвернуться, чтобы не выдать своего смущения.

Приподняла волосы, чтобы освободить шею и закрыла глаза в ожидании, пока его пальцы коснуться моей кожи. Меня не было почти год, я училась в США и тешила себя иллюзией, что это влечение к нему окончательно покинуло сердце. Что всё это было несерьёзно.

Пальцы холодом мазнули по коже, я чуть ощутимо вздрогнула, когда он возился с застёжкой.

Не хватало дыхания, я чувствовала стеснение в груди. Хотелось крикнуть: «Не уходи», но, конечно, будет глупо.

– Вот и всё, – сказал он. – Посмотри, она подчёркивает цвет твоих глаз.

Я взглянула в зеркало и первое, что заметила: плохо замазанный синяк. Торопилась, вот и не вышло хорошо. Никогда не выходит так, как планируешь.

– Не нравится? Давай вместе сходим и поменяем на то, что выберешь.

– Нравится, – прошептала я и коснулась указательным пальцем серебристого тела бабочки.

Она будет так же, как и я, прикована драгоценной цепью. И не взлетит, хотя имеет крылья.

– Марго, что с тобой?

Он резко развернул меня к себе и заглянул в глаза.

– Всё в порядке, правда. Просто дала отворот-поворот своему жениху. Мы больше не вместе, – я выпалила это с тайным подтекстом, что, возможно, что-то изменится. Знала, что ошибусь, что придумала себе то, чего не может быть.

Михаил не интересуется мной как женщиной. И никогда не интересовался.

Вот и теперь он смотрит на меня, как на младшую сестру, которую надо опекать.

– Моя помощь нужна? Это он тебя ударил?

Его пальцы коснулись моей скулы, и я накрыла его пальцы своими. Посмотрела в глаза и выдохнула:

– Не надо сейчас скандалить, прошу.

– И не собирался. Но с Шевковичем давно надо поговорить о правилах поведения. Он тебе не пара, я рад, что ты приняла решение.

– Отец будет недоволен.

– Не будет, я возьму это на себя.