Хранители цепи миров: срединный путь

Глупцы объединились и, используя иномирное оружие, совершили святотатство, за что были прокляты вместе с захватчиками. Шунку или проклятые много тысяч лет буйствовали, порождая и уничтожая друг друга.

«Сколько ещё пройдёт времени, прежде чем мы все станем безумны? – в сомнениях рассуждал Кункикару. – Мы веками хранили верность этому миру и богу-хранителю, которого с нами больше нет. Слишком много фресок было создано после его смерти, и достаточно среди нас тех, кто обезумел, несмотря на всю защиту».

Кункикару стал писать на стене собственную фреску. Вероятно, её читать будет уже некому, но он хотя бы попытается спасти культуру и разум своих людей.

***

Первый расположился на склоне горы среди грубых камней и густого лишайника, наблюдая за тем, что делает верховный жрец. Отец оставил его присматривать за глупцами этого мира и не вмешиваться в их наказание. Кто же думал, что и благословлённый народ окажется глупым? Оставшись на тысячелетия тут, вместо того, чтобы сразу исполнить завет Отца, они решились открыть портал в соседний мир и спастись только теперь.

И именно сейчас в народе образовался раскол, ведущий к предательству. Зрение Первого позволяло всё отмечать и оставаться незамеченным. Происходящее его не забавляло и не развлекало, он не имел злого умысла – такова была воля отца, и он следовал ей.

Глава 3

3.1 В поисках помощи

Вторые сутки в пути. Владимир проснулся посреди ночи, окружённый оранжевыми, золотыми и ярко-жёлтыми огоньками, покрывшими всю растительность.

Словно кто-то украсил лес праздничными гирляндами.

Ещё в первую ночь, которую он решил не тратить на сон, он стал свидетелем преображения красивой, но немного однообразной местности. В темноте из-под коры деревьев и из земли прорастали тонкие стебли с головками, вокруг которых собирался свет. Но почему этого не происходило в их лагере?

Рядом с ним стояло что-то крупное размером с теленка и поглощало свет самых ярких огоньков своим хоботом.

Это было одновременно и жутковато, видеть незнакомое животное вблизи, и захватывающе трепетно.

Это напомнило сон, где он возвращался домой. Все вокруг было так же удивительно и гармонично, не ощущалось привычной враждебности мира, в котором он родился и вырос. Владимир взглянул на усеянное звездами небо, что будто отражало и приумножало все эти огоньки вокруг. Над головой не было тех же туманностей что и во сне.