Из жизни лис

А над ними густые ресницы, ровные черные брови, нежный (она где-то вычитала, и ей понравилось) овал лица; у нее густые светлые (никакие не рыжие! и не рыжеватые даже! а цвета спелой ржи – тоже из какой-то книжки) волосы и пухлые красные губки. Когда они целовались с Сашкой Трофимовым из 10 «Б», тот признался, что она ему сразу очень понравилась. Он потом и в любви объяснился, и цветы дарил, и свидания назначал. Только все впустую. Потому, что потребовал однажды любви «по-взрослому», а она отказала. Даже больше – отвергла, устроила что-то вроде сцены в духе женских романов; вообще, все как-то неловко получилось, истерично.

И не то, чтобы она испугалась, нет, хотя и испугалась, конечно, тоже, просто все буднично как-то получалось, прозаично; потеря девственности предполагает, все-таки, некий ритуал, романтизм, деликатность. А тут – скотское, грубое, тупое, да еще и с налетом чего-то такого трусливого, подленького-мерзенького с элементами вилки «на слабо» – а вдруг обломится, – так гадко вдруг сделалось, противно! Ну да, старая история, столкновение мечты с реальностью: там прекрасный принц, розы-мимозы, а тут… Сашка, нервный, потный, глаза бегают, ладони влажные, – подкатили тошнота, отвращение, оттолкнула, вскочила, заплакала; вот так все глупо, несуразно вышло. По-детски; Тонька потом все выспрашивала, в подробности лезла, но Аня замкнулась, отмалчивалась. Кажется, та обиделась, ну и ладно, ну и черт с ней.

А вот Сашка тогда испугался, тоже вскочил, забормотал что-то, ретировался быстренько, только его и видели.

И теперь встречается с Маринкой Штермер, ее одноклассницей, в ее сторону даже не смотрит, как отрезало. И сплетни распускает – то и дело шушукаются за спиной, лица масляные, скабрезные, – ну, ясное дело, наврал-насочинял невесть что, – опять же ничего нового, стандартное поведение не получившего желаемое инфантила. Спасение лица и, конечно же – месть. И все – потому, что надо притворяться! Крутым мачо, разбивателем сердец; выдуманные роли, выдуманные победы – вот и вся суть этого мира! Все здесь – придуманное, ненастоящее! и любовь – тоже ненастоящая, часть и продолжение все того же притворства! Думаете, почему книжки пишут-читают? фильмы снимают-смотрят? Одни пишут-снимают, другие читают-смотрят? Да потому, что нет ничего в реальности – ни любви, ни дружбы, а людям хочется, и любить, и дружить, и подвиги совершать, вот они таким образом и сублимируют свое бессилие, пользуются чужим, по сути – сами себя обкрадывают, обманывают.