Блэкаут

– Вас держали там целый месяц? Но почему?

– Потому что я лучший снайпер отряда…

(Пауза.)

– Точнее говоря, я был лучшим снайпером.

– Вы потеряли руку уже после описываемых событий?

(Смотрит на правую руку, кисть отсутствует.)

– Нет, это случилось ещё пятнадцать лет назад на учениях. Осколочная граната сдетонировала у меня в руке во время броска. Всю правую кисть разворотило, а один из осколков угодил в шею, перебив сонную артерию. Если бы не Дэн, который сразу подскочил ко мне и пережал рану, я бы истёк кровью за несколько минут.

– Вы про капитана Савина?

– Да, про капитана Савина. Точнее, тогда ещё лейтенанта. Его перевели к нам буквально за месяц до тех злополучных учений. Сначала все относились к нему крайне скептически. Думали, какого чёрта к нам прислали этого русского, да еще и сразу пристроили в спецотряд. Многие были уверены, что без блата здесь не обошлось. Он поначалу и на фьярском почти не разговаривал, всё пытался по-английски изъясняться. Так что мы, пользуясь языковым барьером, частенько отпускали остроты в его адрес.

А он, ничего не понимая, смеялся за компанию. А может, и понимал что-то, но виду не подавал.

– Насколько я понимаю, после случая на учениях всё изменилось?

– Верно понимаете. Все, кто находился рядом со взрывом, были оглушены и не сразу поняли, что произошло. Савин стоял ко мне ближе всех, потому получил неслабую контузию и принял на себя несколько осколков. Но это не помешало ему быстро сориентироваться и принять меры.

На протяжении всей дороги до госпиталя он зажимал разодранную артерию и не давал мне отключиться. Без остановки болтал что-то по-русски и по-английски, песни пел всякие. Я ни черта не понимал, но это действительно не дало мне заснуть. Весь следующий месяц мы провалялись на соседних койках в военном госпитале. За это время я смог неплохо узнать Дэна, попутно помог ему подтянуть язык. Мне неоднократно становилось стыдно за то, что я крайне предвзято относился к нему раньше. С тех пор все бойцы относились к Дэну с величайшим уважением. Поэтому никто из тогдашнего состава не был против, когда спустя семь лет его назначили командиром спецотряда.

– Как же вы могли оставаться снайпером после такого ранения?

– Современная индустрия протезирования творит чудеса. Мне поставили экспериментальный бионический протез. Честное слово, это была какая-то магия. У меня реально возникло ощущение, будто отросла новая рука.