Смертельная ночь

Он был высокий, мускулистый, напористый, с крупными и резкими чертами лица. Но вовсе не внешность неприятно поразила ее, а скорее его тон и выражение его ледяных глаз.

– Я, между прочим, должна зарабатывать на жизнь. И тем не менее я организовала ее похороны, оплатила последние счета и подготовила все к вашему приезду, – сказала она не без вызова в голосе.

– Вы жили здесь все это время? – не унимался Эйдан.

– Эйдан… – пробурчал Зак.

– Это я заботилась об Амелии. А вы – вы даже не знали, что она живет на белом свете.

– Правда, не знали. Мы ничего не знали ни о ней, ни об этой плантации. Мы должны были, но… так уж получилось, – тихо проговорил Джереми.

– Она была очень хорошим человеком, – Кендалл отвернулась, чувствуя комок в горле, – очень добрым. – Она в упор взглянула на старшего брата. Будучи пять футов десять дюймов[4 - Около 177 см.] роста, она смотрела на него снизу вверх, и это ее коробило.

Да какого черта? Какое ей до него дело? Этот болван ничего не значит. Амелия уже умерла, а у нее своя жизнь.

Она возвращается к себе, и пусть они делят дом как хотят.

Нет, это не совсем так. Не все они идиоты, только один.

– Что ж, меня ждет работа, – сказала она, – приятно оставаться.

– А чем, вы, кстати, занимаетесь? – снова подал голос Эйдан.

Она не сразу ответила, мысленно ругая себя за это, но, скажи она им всю правду, они могли бы решить, что она авантюристка, наживающаяся на людских слабостях.

– У меня кафе и магазин подарков. А теперь, если позволите…

– Мисс Монтгомери, – остановил ее Джереми, вопросительно улыбаясь, – мы тут ничего не знаем.

Если бы вы могли уделить нам пару минут и провести нас по дому, мы были бы вам бесконечно благодарны.

– Пожалуйста, – поддержал брата Зак.

А старший брат лишь пристально смотрел на нее.

Она глубоко вздохнула.

– Ну хорошо, входите. Мы, так сказать, в фойе. – Она отошла от двери, показывая и объясняя. – Это парадная лестница, слева – танцевальный зал, гостиная, столовая – там на стене висят семейные портреты, посмотрите, если вам интересно.

Направо – кухня. Этой кухне уже сто лет, последний раз, я боюсь, ее ремонтировали лет пятьдесят назад. Внешне все обшарпанное, но конструкция, в общем, крепкая. Внизу, под нами, – большой подвал, наверху четыре спальни, на чердаке – кладовые и мансарда. Прекрасный дом на самом деле. Есть еще не меньше дюжины других построек, в разном состоянии. Первая кухня, конюшня, коптильня и помещения для рабов.