То, что скрыто

– Я серьезно, – настаивает Софи, когда они входят в аудиторию. – Стоит мне только подумать о маме, и через минуту она мне звонит!

– Ерунда, – фыркает Чарм. – Я тебе не верю! – Чарм смотрит на однокурсниц, ища у них поддержки, но все понимающе улыбаются, кивают и поддакивают:

– Верно, у нас с сестрой то же самое.

– Докажи! – говорит Чарм, скрещивая руки на груди и опираясь на стул.

– Пожалуйста! – Софи пожимает плечами, роется в сумке, достает телефон и кладет его на стол перед собой.

– Ну и что? – спрашивает Чарм.

– Ничего. Подождем. Она позвонит через минуту-другую, – отвечает Софи.

Чарм недоверчиво качает головой, но через несколько минут телефон Софи начинает вибрировать и прыгает по столу. Софи поднимает его и показывает всем надпись на дисплее: «Мама».

– Привет, мам, – говорит Софи в трубку. – Нет, ничего, просто подумала о тебе. – Она торжествующе улыбается Чарм.

Чарм потрясена, и вместе с тем ей грустно. Она не может вспомнить ни одного человека, с кем у нее была бы такая прочная связь.

Риэнн всегда нужно быть в центре всеобщего внимания. Одной Чарм для нее недостаточно, как недостаточно и ее брата. И Гаса. Риэнн Таллиа вечно в поиске, вечно ищет для себя лучшей жизни. Во всяком случае, более увлекательной. Где сейчас ее брат, Чарм понятия не имеет. А отец, судя по всему, давно умер. Правда, в прошлом году у Чарм был приятель, который без конца ей названивал, но все дело было в его ужасной неуверенности в себе, а вовсе не в их телепатической связи и родстве душ.

А Гас? Возможно, такое родство у нее с Гасом. Это ведь он научил ее кататься на велосипеде, умножать дроби, это он пришел к ней на выпуск и сидел в зале, смахивая слезы, когда она поднялась на сцену за аттестатом.

Всему хорошему Чарм научилась у Гаса. Глядя на него, она понимает, что значит быть хорошим отцом, хорошим человеком. Одно она знает наверняка: когда она выйдет замуж и у нее будут дети, она будет рядом с ними каждый день.

Такое недоступно пониманию ее матери и брата.

Бринн

Сегодня начинается новый учебный год; хотя я знаю всех преподавателей и почти всех однокурсников, я волнуюсь. Знакомое чувство сдавливает грудь, как будто изнутри поднимается толстое облако пыли и оседает на грудине. Я стараюсь дышать глубже, как велел доктор Моррис. Его совет помогает.