Эти бурные чувства

У него был все тот же запах – от него пахло мятой и словно веяло легким ветерком. Теперь, когда он находился так близко, – изменилось все, и в то же время не изменилось ничего.

– Продолжай, – сказала она, наморщив нос. – Объяснись.

Он с досадой моргнул, пытаясь сохранять невозмутимый вид, но Джульетта чувствовала, как бешено бьется его пульс под ее пальцами, касающимися его горла. Она чувствовала его страх.

– Мне нужно кое-что узнать, – выдавил он из себя.

– Ну надо же.

Он поднял брови.

– Если ты отпустишь меня, я все объясню.

– Я предпочитаю, чтобы ты объяснился прямо сейчас.

– О, Джульетта.

Щелк.

Щелчок пистолетного предохранителя. Джульетта удивленно скосила глаза влево, где лежал пистолет, который она выбила из его руки. Затем она снова перевела взгляд на Рому и обнаружила, что его красивые губы изогнуты в насмешливой улыбке.

– Что? – спросил он, и его голос прозвучал почти задорно. – Ты думала, что у меня только один пистолет?

Ее талии коснулся холодный металл, его холод проник сквозь материю ее платья, дуло вжалось в ее кожу.

Неохотно, медленно Джульетта убрала нож с горла Ромы и, так же медленно встав, отошла на два шага от его пистолета.

Они одновременно убрали оружие.

– Тот малый, который минувшей ночью умер в вашем кабаре, – начал он. – Ты помнишь, что на нем были разные башмаки?

Джульетта прикусила щеки изнутри, потом кивнула.

– Я нашел башмак, похожий на один из тех, что были на нем, в реке Хуанпу рядом с тем местом, где погибли остальные семь человек в ночь праздника Середины осени.

Думаю, тогда он смог сбежать. Но он унес это помешательство с собой, и оно настигло его сутки спустя в вашем кабаре.

– Этого не может быть, – тут же возразила Джульетта. – Наука не…

– Это нельзя объяснить с помощью науки.

Почувствовав возмущение, Джульетта подняла плечи и сжала кулаки. Может, сказать ему, что он параноик? Но она знала, насколько добросовестно он относится к важным делам. Если он считает, что такое возможно, скорее всего, так оно и есть.

– Что ты имеешь в виду?

Он сложил руки на груди.

– То, что мне нужно убедиться, что башмаки и впрямь одинаковые. Нужно взглянуть на этот труп. И, если они окажутся одинаковыми, то это помешательство – оно может быть заразным.

Не может быть! Тот малый погиб в ее кабаре, его кровь брызгала на ее Алых, его слюна летела на ее людей. Если это и впрямь душевный недуг – заразный душевный недуг, – то Алой банде несдобровать.