Наш неистовый конец

Час был поздний, и большинство слуг уже отправились спать, пройдя в свои комнаты и пожелав Джульетте хорошего отдыха. Надо полагать, они заговорили с ней только потому, что было бы странно не заметить наследницу Алой банды, которая лежала на полу, раскинув руки и прижав поднятые ноги к стене, ожидая у двери кабинета своего отца. Последний слуга пожелал ей спокойного сна уже больше получаса назад. После этого она встала и принялась ходить взад и вперед к досаде Кэтлин. Ее кузина все это время продолжала сидеть на стуле, положив на колени папку.

– Ну о чем они могут говорить? – проворчала Джульетта, отняв руку от розы. – Прошло уже несколько часов. Надо бы перенести это на другой день…

Наконец дверь кабинета господина Цая отворилась, и в проходе возник деятель Гоминьдана, прощающийся с хозяином дома. Еще несколько месяцев назад Джульетта проявила бы любопытство и попросила бы своего отца рассказать ей о сути их встречи. Но теперь вид гоминьдановцев, входящих в дом и выходящих из него, стал таким привычным, что у нее пропал к ним всякий интерес.

Каждый раз речь шла об одном и том же – о том, что надо раздавить коммунистов, причем любой ценой. Изрешетить их пулями, разогнать их профсоюзы – деятелям Гоминьдана было все равно, как Алые сделают это, если их цели будут достигнуты.

Гоминьдановец задержался в дверях, затем повернулся, будто вспомнив что-то. Джульетта прищурилась. Да, вид деятелей Гоминьдана стал для нее привычным, но этот… На его форме красовалось множество звездочек и знаков отличия, так что, возможно, это был генерал.

Чувствуя, что ее терпение вот-вот истощится, Джульетта протянула Кэтлин руку, та, хотя и смутилась, взяла ее, и они вместе двинулись прямо на гоминьдановца.

– Больше никаких военных правителей. – Гоминьдановец смахнул с рукава своей формы воображаемую пылинку. – И никаких иностранцев. Мы входим в эру нового мира, и попадет в него Алая банда или нет – вопрос вашей лояльности…

– Да-да, – перебила его Джульетта, протиснувшись мимо и таща за собой Кэтлин.

 – Блажен Гоминьдан, wаn su?[7 - Дословно: «Десять тысяч лет жизни». Обычно переводится как «Да здравствует».] wаan su? wаn wаn su?. – Она толкнула дверь.

– Джульетта, – рявкнул господин Цай.

Джульетта остановилась. В ее глазах появился блеск. Такой же как тогда, когда повара подавали ее любимые блюда. Такой же как когда она видела в витрине универмага бриллиантовое ожерелье, которое ей нравилось.

– Вот она я, явилась к тебе с докладом, – сказала она.