Наш неистовый конец

Она не видела Рому с октября, когда город сотрясали протесты в Наньши, создав прецедент для тех, которые последовали зимой. Она не видела его лично, но чувствовала его присутствие повсеместно: о нем говорили белые цветы в окоченевших руках разбросанных по городу трупов, внезапные исчезновения деловых партнеров – кровная вражда оставляла свой след везде. С тех пор, как в городе узнали о противоборстве между Ромой Монтековым и Тайлером Цаем, кровная вражда вновь достигла ужасающих высот. Теперь соперничающим бандам больше не надо было опасаться, что их члены падут жертвой помешательства, так что их помыслы заняли мщение и честь, и, хотя разные люди рассказывали разное о том, что в тот день произошло между Алой бандой и Белыми цветами, все сходились в одном: в маленькой больнице на окраине Шанхая Рома Монтеков выстрелил в Тайлера Цая, и, защищая своего кузена, Джульетта Цай хладнокровно убила Маршалла Сео.

И теперь обе стороны жаждали мщения. Белые цветы напирали на Алую банду, и Алые отвечали тем же, ибо у них не было другого выхода. Но как бы тесно Алые ни сотрудничали с деятелями Гоминьдана, все в городе чувствовали, что что-то меняется, все видели, как толпы становятся все больше всякий раз, когда коммунисты пытаются устроить забастовку. Скоро политический ландшафт изменится, и тогда нынешнему беззаконию настанет конец. Обе соперничающие банды, правящие городом железной рукой, понимали: либо они будут беспощадно оборонять свою территорию сейчас, либо в дело вступит более могучая сила, и тогда им уже не удастся отстоять свои владения.

– Джульетта, – тихо проговорила Кэтлин, глядя то на свою кузину, то на Рому, – что произошло между вами двоими?

У Джульетты не было ответа на этот вопрос – у нее не было ответа, кто бы ни спрашивал ее об этом. Кэтлин заслуживала объяснения, заслуживала того, чтобы узнать, почему все в городе говорили, что Джульетта в упор застрелила Маршалла Сео, хотя прежде они были так дружны, и почему Рома Монтеков везде раскидывал белые цветы в насмешку над жертвами их кровной вражды, хотя прежде он был так мягок с Джульеттой.

Но если Кэтлин узнает их тайну, она тоже будет втянута в эту кашу. Тайлер начнет подозревать и ее, и она тоже станет мишенью для его пистолета.

Лучше ничего не говорить. Лучше продолжать притворяться, пока – быть может – не появится шанс спасти этот город, разваливающийся на части.

– Начинается фильм, – сказала Джульетта, так и не ответив на вопрос.

– Джульетта, ответь, – гнула свое Кэтлин.