Наш неистовый конец

Джульетта вытаращила глаза и потянулась к рукаву, чтобы выхватить оружие – скорее инстинктивно, а не потому, что готовилась к схватке. Но пока она хватала воздух, Рома вскочил на ноги и выхватил свой пистолет, готовый стрелять.

Пока его отец не сказал:

– Погоди, парень.

Рома заморгал, и его рука с пистолетом немного опустилась. Серый свет, льющийся сквозь грязные окна, придавал ему пугающий вид, хотя возможно теперь он именно таким и был – жутким. Его рот походил на воспаленный разрез, зубы были плотно сжаты.

– Что…

– Я прислал им приглашение на встречу, – проговорил господин Монтеков. Затем перешел с русского на китайский. – Сядь, Рома.

Рома медленно сел.

– Баба, – прошипела Джульетта, – что это значит?

– Сядь, Джульетта, – приказал господин Цай. Когда Джульетта не сдвинулась с места, он взял ее за локоть, мягко подвел к столу и, наклонившись, прошептал: – Периметр находится под охраной. Это не засада.

– Если бы это была засада, они бы не стали об этом объявлять, – прошептала Джульетта.

– Да, мисс Цай, вы не должны беспокоиться, – объявил господин Монтеков. – Заманить человека в засаду можно всего несколько раз, ибо затем он начнет подозревать неладное.

Джульетта ощутила холодок в груди. Господин Монтеков улыбался, и это само по себе было ужасным зрелищем, но оно казалось ей еще более мерзким, потому что… его улыбка была так похожа на улыбку Ромы.

Да как он смеет…

– Ах ты…

Джульетта бросилась на него через стол, держа в руке нож, но Рома оказался проворнее.

Когда она решилась посмотреть ему в глаза, то увидела в них только ненависть. И это не должно было ранить ее, ведь в его ненависти была виновата она сама. Это было справедливо, уместно. На кого еще ему наводить дуло, если не на своего врага? Кого он должен был защищать, если не своего отца?

Это не должно было ранить ее так больно, но ранило.

«Это сделала я, – оцепенело подумала Джульетта. – Ты сказал мне, что предпочтешь меня всем другим, а затем я сделала это с нами».

Это она заставила его вновь встать на сторону его отца, это из-за нее погибла ее няня, это она угрожала Роме убить его, если он не сможет убить ее. Но сама она сделала точно такой же выбор, как и он. И, во всяком случае теперь, он останется жив, какие бы последствия это не повлекло.