Наш неистовый конец

Теперь в его глазах, таких знакомых, уже нельзя было что-либо прочесть, и у Джульетты перехватило дыхание – так звери замирают в свете фар. Она была готова. Она знала, что он скажет. Но это все равно ранило ее, как будто вокруг ее сердца обернули колючую проволоку и стянули концы.

– Когда это дело будет закончено, я тебе отомщу. Ты ответишь мне за то, что сделала.

Джульетта сглотнула. Она ждала, что он скажет что-то еще, а когда он продолжил молчать, просто повернулась к нему спиной и пошла прочь, стуча каблуками по гравию.

* * *

К тому времени, когда Джульетта вернулась в проулок за рестораном, господин Цай уже сидел в автомобиле. Она ударила ладонями по капоту, дыша так глубоко и шумно, что на холоде ее окутало облачко конденсата.

– Еще не поздно, – сказала она. – Мы еще можем устроить засаду. Господин Монтеков остается где-то поблизости.

Теперь Ромы уже и след простыл. А случай был удобным.

– Моя дорогая дочь… – Господин Цай ущипнул себя за переносицу.

– Отец, я жажду насилия.

– Сядь в автомобиль.

Джульетта сделала еще один шумный выдох и оттолкнулась от капота.

– Они наши враги, – рявкнула она, захлопнув за собой пассажирскую дверь. Ветер кинул ей в глаза прядь волос, и она резким движением отбросила ее. – Если они предложили нам идею, которая на первый взгляд кажется отличной, у них наверняка есть какой-то план. Так почему же мы согласились им подыграть…

– Кровная вражда неразумна, Джульетта, – перебил ее господин Цай, поправляя зеркало заднего вида.

Джульетта забарабанила пальцами по колену. Ей не хотелось выслушивать его нравоучения сейчас, когда все было так однозначно. Когда-то она порадовалась бы тому, что его ненависть к Белым цветам стала меньше, но сейчас было непохоже, что ее отец забыл про кровную вражду. Скорее, он вел себя так… будто ему все равно. Будто есть что-то более важное.

– Мы ненавидим тех, кто причиняет нам зло, – повторила она слова, которые он говорил ей давным-давно.

– Наши потребности и желания меняются так же часто, как ветерок. – Господин Цай опустил окно, и в салон ворвался холодный воздух. «Пожалуй, он слишком привык к низкой температуре в своем кабинете», – подумала Джульетта.