Восстание наследницы

Но, независимо от их отношений, она бы и врагу не пожелала, чтобы его судьба оказалась в руках фейри.

Он сопротивлялся и кричал, но с такого расстояния она не могла разобрать ни слова. Фейри со шрамом на лице ударил его под колени, и Сэмюэль упал на землю, выставив вперед ладони.

– Нужно уходить, – настаивал Джейкон и попытался снова ухватить ее под локоть.

Но Фейт отдернула руку.

– Мы должны помочь ему. – Вслух идея прозвучала еще безумнее, чем у нее в голове. Но она не могла бросить человека в беде – даже такого, как Сэмюэль.

– Ты лишилась рассудка? Мы не сможем помочь, а только присоединимся к нему на виселице, – зашипел он.

Ей потребовалась вся сила воли, чтобы закрыть глаза и не обращать внимания на отчаянные крики. Джейкон был прав: вмешательство сделает их соучастниками.

Когда она уже отвернулась, то чуть не рухнула под тяжестью сковавшего ее страха. Было одновременно шокирующим и болезненным понять, что чувство принадлежит не ей. Она всегда слишком остро ощущала эмоции других людей и научилась жить с этим проклятьем.

Страх исчез так же быстро, как и появился. Тело пронзил резкий холод, и она отвернулась, прячась среди теней, словно преступница.

Она все еще дрожала от пережитого ужаса, когда они подошли к Западному лесу. Джейкон повел их в темную чащу, где ветви раскачивались, словно привидения. Тропа впереди была окутана непроглядной тьмой.

Фейт никогда не нравился этот лес. Она ему не доверяла. Открывавшееся пространство дарило иллюзию безопасности и свободы, но таило слишком много укрытий для засады.

Они забредали сюда, только когда пытались попробовать силы в охоте, больше ради забавы, а не в надежде на добычу. Не то чтобы они совсем не умели охотиться, просто дичи в лесах становилось все меньше.

Рубена нигде не было видно, и страх в душе Фейт нарастал с каждой прошедшей минутой, пока Джейкон мерил тропу шагами, теряя терпение. Затем позади раздался шорох, он выхватил маленький кинжал и в ту же секунду оказался перед ней, защищая подругу.

В следующее мгновение среди деревьев показались вьющиеся светлые волосы, и она уже успела обрадоваться и возненавидеть друга. Джейкон с облегчением вздохнул и опустил нож.

– Ты опоздал, – только и сказал он Рубену, когда тот остановился перед ними.

Рубен тяжело дышал и поправлял свой маленький рюкзак.

– Простите. Мама не отпускала, трижды не проверив припасы и несколько раз прощаясь.

У Фейт разбилось сердце при виде друга.