Восстание наследницы

Ее начинало тошнить. Неужели она тоже закончит в ящике, плывущем в неизвестность? У Джейкона разобьется сердце, так что он, вероятно, последует за ней. Она не может открыть ему правду. Нужно уходить ночью и…

Лихорадочный поток мыслей был прерван его спокойным голосом.

– Если ты не держишь меня за дурака, то находишься даже в большей опасности, чем я думал. – Он нахмурился и, внезапно став серьезным, оттолкнулся от стены и шагнул ближе. – Послушай меня очень внимательно, – начал он, и она с трудом осталась на месте и не отдернулась от его неожиданно сурового голоса.

 – Если не умеешь это контролировать, то можешь оказаться в куда более худших умах, пока спишь. Если забредешь в разум другого Ночного странника, о тебе узнают. Они могут поймать тебя в ловушку в своем сознании и там убить. – Он на мгновение умолк, оценивая ее взглядом, посылавшим по телу нервную дрожь.

По спине Фейт пробежал холодок. Мысли вихрем проносились, пока она пыталась осмыслить его слова. Ей захотелось снова рассмеяться и верить, что все это лишь извращенная шутка.

Но это желание угасало под его пристальным свирепым взглядом. У фейри не было причин намекать, что она обладает подобными способностями. Это скорее подтверждало его безумие, чем ее вину.

Он продолжил:

– Ты не такая, как все, Фейт. А король не слишком жалует подобное. Поэтому до тех пор, пока я не выясню, как ты вообще появилась на свет, советую не высовываться. Не вступай в контакт ни с кем из патрулей, потому что, похоже, после не можешь выбросить фейри из головы.

 – На его невозмутимом лице снова появилась лукавая улыбка.

Она залилась краской.

– Прошлой ночью… – Она в неверии замолчала.

Он кивнул, и этого подтверждения было достаточно, чтобы понять, что он помнит каждую деталь ее ночного кошмара, потому что был там. Или, по крайней мере, его разум – если это так работало.

Он добавил:

– Нас, Ночных странников, не так уж много. И мы не можем проникнуть в разум, если никогда прежде не видели лица, поэтому разумнее оставаться в тени.

Судя по твоему виду, это будет несложно.

У Фейт не было сил ответить на оскорбление. Она сделала медленный вдох, чтобы успокоить сердцебиение. Это невозможно, не должно быть возможным… но объясняло столь многое. Ее сны…

О, боги.

– Это неправда, – прошептала она, но слова звучали как ложь.

Мир на секунду накренился, и она тряхнула головой, прогоняя головокружение. Слишком много вопросов, и никого, кто мог бы дать ответы.