Поцелуй молнии

По бокам широкой лестнице стояли два в горшках банановые деревья с бананами.  Белые колонны холла обвивали позолоченные листья.

– Ну что вы встали как вкопанные? Пойдемте мыть руки, и на кухню, – сказал Ильшат.

На звуки голосов вышла прислуга, поздоровавшись с детьми, она остановила свой взгляд рванных и испачканные ботинки Ахмета.  Ахмет покраснел и стал вытирать подошву о коврик.

– Хотя я передумал, давайте сначала ко мне в комнату, пока Алия нам сэндвичи, ну же давайте, поднимайтесь, – позвал ребят Ильшат.

Когда Ахмет и Руфина зашли в комнату Ильшата, тот позвал их в свою гардеробную.

– У тебя гардеробная больше чем диван, на котором я сплю, – сказал Ахмет.

– Руфина, ты хочешь посмотреть мои книги, они вон там возле кровати? – Руфина поняла, что мальчики хотели остаться наедине.

– Ахмет, ты же не обидишься, если я тебе предложу какую-нибудь свою обувь? – спросил Ильшат

– Ты что издеваешься? Конечно, да, я возьму вон те лакированные ботинки, если налезу.

Когда ребята вышли из гардеробной, Руфина заметила, что Ахмет поменял обувь, и улыбнулась обоим мальчикам.

Ребята весело болтали и уплетали за обе щеки сэндвичи, когда ребята собрались уходить, дедушка Ильшата стоял в дверях прихожей и хмуро рассматривал ребят. Дети поздоровались, он неохотно ответил.

– Вы помните моего папу, который дружил с вами, его зовут Тахир, – сказал Ахмет.

– Я не дружил с этим неудачником и пьяницей. Он избивал меня в начале, потом я научился им пользоваться, за защиту делал ему домашние задания, несмотря на то, что он был старше меня.

Но это сделало меня умнее, в итоге я там, где я есть. Сними ботинки моего внука сейчас же.

– Дедушка, я подарил их ему.

– Какой урок он извлечет из подарка? Просить милостыню, сейчас пусть снимет ботинки и скажи пусть идут домой.

Мальчики переглянулись и пошли наверх, спустя секунду. Ильшат спросил прислугу Алию куда делись из мусорки ботинки Ахмета.

Алия открыла чулан на кухне и порывшись в большом мусорном пакете достада старые ботинки передала мальчики в руки. Детям было неловко, тихо сказав «пока» своему другу и не прощаясь с хозяином дома, дети ушли.

Некоторое время Ахмет и Руфина шли молча, потом Ахмет начал плакать.

– Не плачь, дыши глубоко, – почти расплакавшись сама, Руфина успокаивала друга. Ахмет ничего не говорил, а только продолжал плакать дальше.