Белая кошка

Тем более сегодня, когда я совсем не в себе.

– Поздновато ты, ужин закончился, – кухарка на меня и не смотрит, вытирает стойку рукой в резиновой перчатке. Лет ей, наверное, не меньше, чем дедуле. Из-под колпака выбилась завитая прядь.

– Знаю, извините.

– Еду уже унесли. Все остыло, – она поднимает глаза.

– А я люблю холодное, – выдавливаю свою лучшую идиотскую улыбочку.

Женщина качает головой.

– Хорошо, когда аппетит есть, а то тощие такие. В журналах пишут, вы себя голодом морите, как девчонки.

– Ну, это не про меня.

В животе урчит, и она смеется.

– Ладно уж, иди садись, принесу тебе тарелку. И печенье возьми.

Теперь я в ее глазах бедный голодный мальчик.

Еда в Веллингфорде нормальная, не как в обычных школах. Печенье достаточно сладкое, и имбиря хватает. Спагетти чуть теплые, конечно, зато с мясом и томатным соусом. Подбираю с тарелки остатки кусочком хлеба, и тут к столу подходит Даника Вассерман.

– Можно присесть?

Смотрю на настенные часы.

– Скоро уже занятия.

Растрепанные темно-русые кудряшки забраны под деревянный обруч. На боку болтается холщовая сумка, пестрящая значками: «ЕМ ТОЛЬКО ТОФУ», «ДОЛОЙ ВТОРУЮ ПОПРАВКУ» и «У МАСТЕРОВ ТОЖЕ ЕСТЬ ПРАВА».

– Ты на дискуссионный клуб не пришел.

– Ну да.

Данику я избегаю с самого появления в Веллингфорде. Хамлю ей постоянно, хотя мне это совсем не нравится. А она еще и с Сэмом дружит, так что бегать от нее вдвойне сложно.

– Мама хочет с тобой поговорить. Утверждает, что ты на крышу неспроста полез – просил о помощи.

– Ну да, именно поэтому и кричал: «Помогите!» Развлекаюсь-то я обычно по-другому.

Даника раздраженно фыркает. Вассерманы – сооснователи правозащитной организации, которая пытается сделать работу мастеров снова легальной, ужесточив наказания за серьезные проклятия. По телевизору как-то показывали ее мамашу: сидя в своем кабинете (Принстон, кирпичный домик, цветущий садик и все такое прочее), она рассказывала, что, даже несмотря на запрет, на свадьбы и крещения всегда зовут мастера удачи.

Говорила, что магия может быть полезной, а из-за запрета на легальное использование способностей появляются криминальные сообщества. Призналась, что сама мастер. Ничего такую речь толкнула. Очень опасную речь.

– Мама все время общается с мастерами. Занимается проблемами, с которыми сталкиваются их дети.

– Да знаю, знаю. Послушай, Даника, я и в прошлом году в ваш клуб «Сглаз» не вступил, и сейчас впутываться не хочу.