Черное сердце

Рассказывает про десять разных измерений пространства и одно времени: как все они переплетаются между собой. Входит Даника.

– Понял? – спрашивает Уиллоу. – Получается, могут существовать другие миры, где живут другие версии нас самих. Например, где-то есть привидения и настоящие монстры. Где-то нет людей с гиперинтенсивными гамма-волнами. А где-то у всех змеиные головы.

– Не может быть, – недоверчиво качаю головой я. – Да разве это наука? Слишком уж круто.

– Ты не читал ничего, что ли?

Пора возвращаться за парту.

План сработал: Даника сидит на своем обычном месте – удивленно оглядывается, когда я отодвигаю рюкзак и шлепаюсь на свое. Пересаживаться поздно – так будет уж совсем очевидно, что она меня избегает. Даника оглядывает класс, будто подыскивая уважительную причину для побега, но все парты заняты.

– Привет! – я выдавливаю из себя улыбку. – Давненько не виделись.

– Слышала, ты подрался, – она поворачивается ко мне и вздыхает, будто на что-то решившись.

На ней блейзер с логотипом Веллингфорда и плиссированная юбка, ярко-фиолетовые колготки и еще более яркие фиолетовые перчатки подобраны в тон уже порядком выцветшим фиолетовым прядкам в каштановых волосах.

Даника тихонько постукивает по ножке стола массивной туфлей с закругленным носком.

– Все еще злишься на Сэма? – вряд ли бы мой сосед обрадовался такому началу разговора, но нужно узнать главное, пока урок не начался.

– Это он тебе сказал? – морщится Даника.

– Мы же в одной комнате живем. Можно догадаться по его унылому виду.

– Я не хочу делать ему больно, – снова вздыхает она.

– И я тоже.

– Ответь на один вопрос, – просит Даника почти шепотом, наклонившись поближе.

– Да, ему очень-очень стыдно. Он знает, что перегнул палку. Может, вы, ребята, просто простите друг друга и…

– Вопрос не про Сэма.

В класс входит Йонадаб, берет кусочек мела и начинает расписывать на доске закон Ома. Я знаю, что это именно закон Ома, потому что так значится сверху большими буквами.

Открываю тетрадь, пишу там: «В чем тогда дело?» – и поворачиваю страницу так, чтобы Даника увидела.

Она качает головой и не отвечает.

К концу урока взаимосвязь между силой тока, сопротивлением и расстоянием сильно понятнее не становится, но, кажется, Уиллоу была права насчет этих своих измерений и людей со змеиными головами.

После звонка Даника цепко хватает меня за локоть и неожиданно спрашивает:

– Кто убил Филипа?

– Я… – если отвечу, придется соврать, а врать ей не хочется.