Королева ничего

Ты не должна была стоять и разговаривать здесь со мной столько времени!

Отрицательно помахав рукой, я показываю, что не принимаю предложения Хизер.

– Все в порядке. Я сама. Просто дай мне посидеть минутку.

Хизер молча смотрит на меня. Желание помочь мне борется в ней с желанием еще немного оттянуть неизбежную встречу с Виви.

– Я думала, ты все еще в… том месте, – говорит она. – Это там тебя так?..

– В Фейриленде? – Мне нравится Хизер, но я не собираюсь охаивать мир, в котором выросла, только потому, что он ей ненавистен.

 – Нет. Это здесь случилось. Я остановилась у Виви. Пытаюсь во всем разобраться. Но если ты надумаешь вернуться к ней, я испарюсь.

Она смотрит вниз, на свои коленки. Покусывает кончик ногтя. Говорит, тряхнув головой:

– Любовь – глупая штука. Мы только и делаем, что разбиваем друг другу сердца.

– Ага, – соглашаюсь я и вновь думаю о Кардане и о том, как сама ступила в приготовленную для меня западню. Действительно, вела себя словно дура, никогда в жизни не слышавшая баллад.

И как бы сильно я ни желала счастья Виви, мне не хочется, чтобы Хизер оказалась такой же идиоткой вроде меня. – Э… нет. Послушай, Хизер, любовь действительно может быть глупостью, но ты-то сама не дурочка. Я знаю о той эсэмэске, которую ты прислала Виви. Ты не сможешь переступить через это.

Хизер делает большой глоток из своего стаканчика.

– Меня мучают кошмары, – говорит она. – О том месте. Фейриленде. Я не могу спать. Смотрю на прохожих на улице и думаю, не очарованы ли они.

В этом мире уже и так хватает монстров, и так хватает людей, которые хотят использовать меня, или ранить меня, или лишить меня моих прав. Мне не нужно знать, что есть еще целый мир, населенный нелюдями.

– По-твоему, значит, лучше не знать? – спрашиваю я.

Хизер хмурится и молчит. Затем начинает говорить, глядя при этом мимо меня, словно высматривая кого-то на парковке:

– Я даже не могу объяснить моим родителям, из-за чего мы рассорились с Ви. Они продолжают спрашивать меня, не связалась ли она с кем-нибудь другим, или все дело в Оуке, будто я могу относиться к нему как к ребенку, а не к тому, кто он есть.

– Но он все еще ребенок, – замечаю я.

– Я ненавижу бояться Оука, – говорит Хизер. – Я понимаю, это задевает его чувства. Но я ненавижу, ненавижу то, что он владеет магией, и Ви тоже владеет магией, с помощью которой всегда и во всем может одержать верх в любом нашем с ней споре. Владеет магией, способной сделать меня помешанной на ней.