Красная перчатка

– Я не смогла… Мне не хватило сил… – она вот-вот заплачет, губы слегка дрожат.

– Прошло уже почти полгода. Твои чувства хоть как-то изменились?

Конечно же, проклятие должно было ослабнуть.

– Хуже, я чувствую себя еще хуже, чем в начале. А что, если это никогда не закончится?

– Закончится. Уже скоро. Нужно просто переждать, лучше, если ты…

Я замолкаю на полуслове. Так трудно сосредоточиться, когда Лила смотрит вот так.

– Я же тебе раньше нравилась. А ты мне. Кассель, я тебя любила. Еще до проклятия.

Всегда тебя любила. И пускай…

Больше всего на свете мне хочется ей поверить. Но я не могу. Не верю.

Я знал, что рано или поздно это случится. Оттягивал, как мог, но всегда знал. И сейчас знаю, что именно должен сказать. Потому тщательно отрепетировал свою речь, ведь иначе, без подготовки я бы просто не смог.

– А я тебя не любил. И сейчас не люблю.

Выражение ее лица стремительно меняется. Как жутко. Она бледнеет, отступает назад. Словно закрылась от меня.

– Но тогда, в твоей комнате.

Ты сказал, что скучал, что…

– Я пока в своем уме, – нужно быть кратким, иначе она сразу все поймет, ведь Лила повидала на своем веку немало лгунов. – Просто хотел, чтобы ты со мной переспала.

Она судорожно втягивает воздух.

– Как больно. Ты это специально говоришь, чтобы сделать мне больно.

Я не хотел делать ей больно, я хотел, чтобы ей стало противно.

– Хочешь – верь, а хочешь – нет, но именно так все и было.

– Почему же тогда не переспал? Почему сейчас не хочешь? Если тебе нужно только перепихнуться, я же не смогу отказать.

Я вообще ни в чем не могу тебе отказать.

Где-то вдалеке раздается звонок.

– Прости меня.

Это «прости» вырывается само собой. Я не собирался просить прощения, но что еще делать? Не знаю. Не могу смотреть, как она мучается. Такого злодея мне сыграть не под силу.

– Не нужна мне твоя жалость, – Лила заливается лихорадочным румянцем. – Буду ждать здесь, в Веллингфорде, пока проклятие не ослабнет.

Если бы я рассказала папе, что сотворила твоя мать, он бы ее убил. Помни об этом.

– И меня заодно.

– Да. И тебя заодно. Так что просто смирись. Я остаюсь.

– Я не могу тебе помешать, – тихо говорю я ей в спину.

Лила поднимается по лестнице. Тени скользят по ее пиджаку. Я сползаю по стенке.

Конечно же, на урок я опоздал. Пытаюсь незаметно проскользнуть в класс, но профессор Келлерман только вопросительно поднимает кустистые брови.