Красная перчатка

Интересно, почему он испугался, когда камера вышла из строя? Думал, что я сбегу? Из запертой комнаты мне выйти не под силу, я просто выпендривался, хотел им показать, что не куплюсь на их дешевые фокусы.

– Шарп, ты думаешь, это смешно?

Почему он переполошился?

– Выпустите меня. Сейчас начнется занятие по лепке, а вы говорили, я не арестован.

– Тогда придется вызвать родителя или опекуна.

Хант ставит кофе на стол. Успокоился. Значит, этой просьбы от меня ждали. Все снова идет по заранее известному им сценарию.

– Мы можем позвонить твоей матери и пригласить ее сюда, ты этого хочешь?

– Нет. – Они меня переиграли. – Не хочу.

Хант с довольным видом вытирает рукав салфеткой:

– Вот и я так подумал.

Взяв чашку, я медленно делаю глоток.

– Видите, вам даже не пришлось мне угрожать вслух. Право слово, не арестант, а просто подарок.

– Послушай-ка, умник…

– Что вам надо? К чему все это? Ладно, я мастер, что с того? У вас нет никаких доказательств, что я над кем-нибудь работал.

Уф, я вру напропалую и почему-то испытываю облегчение. Пусть попробуют-ка возразить.

Хант моему вопросу не обрадовался, но и не насторожился вроде.

– Кассель, нам нужна твоя помощь.

Я так смеюсь, что кофе попадает не в то горло.

Хант открывает было рот, но тут распахивается дверь и на пороге появляется Джонс. Где он, интересно знать, шатался все это время? Обещанного обеда не принес.

– Я слышал, ты тут откалываешь разные номера.

Он бросает взгляд на залепленный жвачкой объектив – значит, либо просмотрел запись, либо кто-то ему рассказал.

Я пытаюсь прокашляться, но получается не очень.

– Кассель, послушай, – вмешивается Хант, – на свете много таких детишек, юных мастеров, которые связались с неподходящей компанией. Но ты можешь все изменить, твои способности не обязательно использовать во зло. Существует правительственная программа, молодых мастеров учат контролировать свой дар, использовать его на благо правосудия.

– Но вы даже не знаете, какая у меня магия.

Очень-очень надеюсь, что не знают.

– Мы принимаем разных мастеров, Кассель, – поддакивает Джонс.

– Даже мастеров смерти?

Он внимательно смотрит мне в лицо.

– Так ты мастер смерти? Если так, все очень серьезно. Это опасный дар.

– Но я не говорил, что я мастер смерти.

Я стараюсь, чтобы слова прозвучали неубедительно.