Красная перчатка

А мы даже не знали, что они мертвы. Твой брат пообещал показать, где спрятаны тела. Он действительно пытался начать все с начала. И умер ради этого.

О ком они говорят? Точно не о Филипе.

– Так вы нашли Мору?

Мора сбежала из города прошлой весной и сына забрала. Потому что узнала о том, как Баррон менял ее память: заставлял забывать ссоры с мужем, оставлял только приятные воспоминания, нереально-сказочные. Но проблемы-то остаются, неважно помнишь ты о них или нет, и все равно рано или поздно дают о себе знать.

К тому же у проклятий есть побочные эффекты – музыку, например, начинаешь слышать, ненастоящую.

Филипа ее отъезд подкосил. Брат винил во всем меня, даже больше, чем Баррона. Нечестно. Хотя, по правде, о проклятии она узнала именно благодаря мне: я подарил ей талисман памяти. Все равно, не я их брак разрушил.

Мне и так есть, в чем себя винить.

– Да, – кивает Джонс. – Мы как раз сегодня с ней говорили. Мора в Арканзасе. Первый раз связались с ней около недели назад, и она согласилась выслушать Филипа.

Мы собирались сначала дать им поговорить по телефону. Но теперь она заявила, что не приедет, даже тело забирать не хочет.

– А от меня-то вам что нужно?

Скорее бы все закончилось.

– Филип говорил, у тебя тоже был доступ к информации, – вступает Хант. – Нужной нам информации. Ты знаешь некоторых известных ему личностей, к тому же у тебя с семьей Захарова даже более тесные связи, чем у него.

Лила, он почти наверняка имеет в виду Лилу.

– Я не…

– Мы знаем, – перебивает Джонс, – что Захаров уже давно убирает людей.

Раз и все! Никаких следов – ни тел, ни доказательств. Мы даже не знаем, как он или его мокрушник это делают. Просто взгляни на дела. Пожалуйста. Может, увидишь знакомое лицо. Расспроси кого-нибудь. Твой брат был нашей первой серьезной зацепкой, а теперь он мертв.

Агент разочарованно качает головой.

Я стискиваю зубы и Джонс отводит глаза. Может, дошло, что он ведет себя как последний козел. Что для меня брат был все-таки живым человеком, а не какой-то там зацепкой.

Что если я начну «расспрашивать», то тоже вполне могу схлопотать пулю.

– Вы хоть пытались найти убийцу?

Они, похоже, кроме Захарова ни о чем и думать не могут.

– Конечно, пытались и сейчас пытаемся. Это наша первостепенная задача.

– Любая ниточка в этом деле сразу же приведет нас к нему, – агент Хант встает. – Взгляни на материалы расследования. Вот видишь, насколько мы с тобой откровенны.

Я неохотно выхожу вслед за ним в коридор.