Жестокий принц

 – По всем трем островам буду за тобой гоняться, пока не скажешь.

– Думаю, нам обеим было бы легче, если бы никому другому не приходилось это видеть, – говорит она и делает долгий глоток.

– Что? – Я так удивлена, что не знаю, чем ответить. – Что ты имеешь в в виду?

– Я имею в виду, что пережила бы и издевки, и обиды, если бы ты об этом не знала. – Она твердо смотрит мне в глаза, словно прикидывая, сколько правды я смогу вынести. – Я просто не могу делать вид, будто все прекрасно, когда ты собственными глазами видела, что на самом деле случилось.

Из-за этого ты иногда меня просто бесила.

– Это нечестно! – восклицаю я.

Она пожимает плечами.

– Знаю. Поэтому и говорю тебе. Неважно, что там сказал мне Кардан. Я хочу притвориться, будто ничего и не было, и мне нужно, чтобы и ты притворилась вместе со мной. Без напоминаний, без расспросов, без предостережений.

Уязвленная, поднимаюсь и подхожу к каминной полке. Прислоняюсь головой к резному камню. Сколько раз она говорила мне, что связываться с Карданом и его приятелями глупо.

И все же, учитывая сказанное сестрой сейчас, ко мне ее сегодняшние слезы никакого отношения не имеют. Следовательно, она сама, по собственной воле, вляпалась в какие-то неприятности.

Советов ей можно дать много, да вот только нет уверенности, что она хотя бы какие-то из них примет.

– Так чего ты хочешь от меня? – спрашиваю я.

– Хочу, чтобы ты все с ним уладила. Сила и власть за ним. Победить его невозможно.

Ни храбрость, ни жестокость, ни ум здесь не помогут. Остановись и покончи с этим, пока не поздно.

Смотрю на нее непонимающе. Избежать гнева принца Кардана уже невозможно. Корабль ушел – и в гавани сгорел.

– Не могу.

– Ты слышала, что принц Кардан сказал у реки. Он хочет только одного: чтобы ты сдалась. Ты ведешь себя так, словно не боишься его, а это удар по его гордости, подрыв его статуса. – Тарин берет меня за руку, тянет к себе. В ее дыхании я чувствую острый запах трав.

 – Скажи ему, что он победил, что ты проиграла. Это всего-навсего слова. Ты можешь не придавать им значения.

Я качаю головой.

– Не дерись с ним завтра, – продолжает она.

– Я не выйду из турнира.

– Даже если победа в нем принесет еще большую беду?

– Да.

– Тогда сделай кое-что еще, – не унимается Тарин. – Найди какой-то выход. Уладь все, пока есть время.

О чем она умалчивает? Чего недоговаривает? Хотела бы я знать.