Падение божества

Я думаю, ему было больно, что он верил Лукасу до того, как тот повернулся к нам спиной. Лукас подло обманул наше доверие, и Олли никогда этого не забудет.

– Что это? – Я кликнул по его телефону и начал смотреть сториз в инстаграме, которую он загрузил, взяв из аккаунта одного из игроков бейсбольной команды старшей школы Клермон-Хая, который развлекался с друзьями. Зачем Олли показывает мне это? Мне нет до этой вечеринки никакого дела, как и до той, на которую мы пришли.

Я уже хотел отдать телефон Олли, когда началось следующее видео, и я увидел Джози на заднем плане – она смеялась чему-то с Элли.

Я понятия не имел, над чем она смеется и кто рядом с ней помимо Элли, но почувствовал, как у меня вскипела кровь.

Я был здесь, а она там, это невыносимо: у всех есть доступ к ней, они видели то, что должен был видеть только я, – как она выглядела, когда извивалась подо мной и просила еще.

Это моих рук дело, моя вина, но мне было тошно. Они не должны иметь возможности видеть ее такой.

Эта возможность, эта привилегия – только мои. Но я дал им эту привилегию, отняв ее у Джози. Я выставил ее напоказ, и та небольшая часть ее, которую она отдала мне, безнадежно осквернена. Я отдал Олли телефон и встал.

– Куда ты? – Судя по его тону, он ожидал, что после того, как он показал мне это видео, я останусь сидеть сложа руки, но как бы не так!

Я повернулся к нему:

– Ты знаешь куда.

Олли быстро встал и поставил свое пиво на стол.

– Ты же даже не знаешь, где это.

Он прав, но мы знали всех игроков этой чертовой бейсбольной команды, и я мог легко выяснить, где они находились. Если она вышла в свет и перестала прятаться дома, то мне необходимо оказаться рядом с ней.

Джози наверняка этого не хочет, поэтому она там, а не здесь. Впрочем, я и не ожидал, что она придет. Я и раньше видел, что на вечеринках она всегда чувствует себя не в своей тарелке, а я только усугубил эту неловкость.

Ей точно не место на нашем сборище, большинство из участников которого так же жестоки и эгоистичны, как и я.

Правда, и среди присутствовавших на вечеринке Клермон-Хая очень немного тех, кто лучше. Пусть у них меньше денег и привилегий, чем у нас, но они тоже думали только о себе.

Граница между приготовительной и старшей школами обозначена четко, и большая часть учеников приготовительной школы в основном оставались по нашу сторону этой черты, но не она.