Королевство звезд и теней

В тот момент я подумала, не сожалеет ли мать о принятом решении теперь, когда смотрит на меня, и льдисто-голубой оттенок моего левого глаза напоминает ей о моем отце.

Она всегда говорила, что я в равной степени хранила в себе черты матери и отца. Половину отца, половину ее, женщины, которая так легко отдала меня. Но мать ошибалась. Мы были разными.

Я повернулась к стражнику, который кивнул теперь в сторону кареты. Я сделала к ней несколько коротких шагов и проигнорировала протянутую руку.

Сев в карету, я глубоко вздохнула.

Дверца закрылась, оставив меня наедине с ужасом моего будущего. Убранство кареты было прекраснее всего, что я когда-либо видела. Сиденье с деревянной спинкой было обито упругой черной кожей. На нем лежали красные атласные подушки.

Я откинулась на них и выглянула в открытое окно. Один из стражников загружал мой маленький сундук в карету, а мать тоскливо смотрела на меня со слезами на глазах.

От этой картины у меня сердце сжалось в груди, но потом я заметила, что она держит в руках свиток, скрепленный кроваво-красной печатью с королевским гербом.

Я прекрасно знала, что в нем написано. На этот свиток мать обменяла меня. Вот что ей пообещали много лет назад, когда она так охотно согласилась на мою помолвку с нашим врагом.

Стражники не медлили: они получили то, за чем пришли. Я вцепилась в сиденье, когда лошади рванулись вперед и карета тронулась с места.

В панике я посмотрела на мать, но ее нельзя было разглядеть в толпе людей, собравшихся на улице. Большинство махали мне руками с улыбками на усталых лицах.

Другие бросали белые полевые цветы.

Это было знаком уважения. Обычно мы чествовали так лишь тех, кто оставил этот мир и ушел к богам. Я с ужасом смотрела, как лепестки падают на землю.

Я дотронулась до своего кинжала, когда карета ускорилась и вид за окном превратился в размытое пятно. Уже через несколько минут мы оказались у трещины, и я с тревогой смотрела, как мой мир проносится мимо. Сердце выпрыгивало из груди.

С каждым оборотом деревянных колес кареты мой страх усиливался.

Я никогда не видела, чтобы кто-то пересекал трещину, кроме моего отца, но тогда я была слишком мала, чтобы запомнить это. Легенда гласила, что магия, таящаяся в трещине, навсегда меняет Беззвездного. Но о Благословленных звездами историй было очень мало. Я знала лишь одно: если перейти трещину, назад уже не вернешься.

Не имело значения, как менялись люди под влиянием магии. Они все равно никогда не возвращались.