Полночные тайны

Но Олли рявкает:

– Тебе незачем было ей грубить, Ферн!

И хотя я уже думала о том, чтобы извиниться перед Рейчел, агрессивность Олли вынуждает меня обороняться.

– Меня уже тошнит от того, что все таращатся на меня как на кого-то вроде мессии!

– Они в отчаянии! – шипит Олли. – Они в отчаянии и они испуганы. Ты разве не думаешь о том, что и в Итхре на них теперь сваливается более тяжкий груз? Как и на нас?

– Ты хочешь сказать, как на меня. Я что-то не вижу, чтобы кого-то раздражало твое абсолютно нормальное лицо!

– Они просто хотят знать, виден ли конец всему этому!

– Но мы этого не знаем, – отвечаю я, опуская свое зеркало-портал в ящик комода.

 – Даже вместе мы не настолько сильны, чтобы свалить Мидраута. И кто знает, где мама спрятала этот чертов меч? Мы можем не найти его никогда!

– Да, мы вроде как приговорены… думаешь, они этого не понимают? Они просто хотят иметь немного надежды.

– Отлично, но почему они должны получить ее от меня?

– Ты знаешь почему.

– Я не из тех, кто способен поднять дух, Олли, – говорю я уже почти умоляющим тоном. – Чувства – это твоя область, так всегда было.

– Я могу сделать лишь немногое, – возражает Олли, садясь на пол рядом с моей кроватью. – Я умею только читать эмоции, но не умею их изменять. Это твоя часть силы.

– А я никогда не умела справляться с чувствами.

– Ты никогда друзей не имела, и с людьми общаться не умела, – возражает он. – Но теперь…

– Рейчел может даже работать на Мидраута! Мы ведь до сих пор не знаем, чем она занималась в архиве.

Олли фыркает. Я думаю о выражении лица Рейчел в тот момент, когда я огрызнулась на нее. Нет, невозможно, чтобы она работала на Мидраута. Я падаю на кровать.

– Эх, все было куда как легче, когда мне не нужно было заботиться о других людях!

И дело не в вежливости, которую мне не оказывали в Итхре. На самом деле я начинаю осознавать, что множество людей вообще перестали видеть во мне человека.

Этим утром меня отпихнули в сторону, когда подходил поезд метро. Само по себе в часы пик это привычно, но сила, с которой это было сделано, напомнила мне о том, как иногда намеренно пинают собаку.

И я выхожу из себя во время дневного перерыва в колледже Боско. Я стою в очереди в туалет, читая свои записи по античной истории, готовясь к тесту, когда подходит Лотти Мидраут, видит меня – и проскакивает мимо, как только открывается дверь кабинки.