Тьма и золото полуночи

Но я ничего не могу изменить. Если бы у меня было время подумать как следует, я прокляла бы свой недостаток умения – свою близорукость, потому что я прекратила практиковаться со своим оружием, когда оно перестало быть необходимым. Ведь у меня появился бы шанс. Но тогда у меня был Иммрал, и я полагалась на него при таких затруднениях.

– На помощь! – закричала Неризан с другой стороны улицы, осаждаемая так же, как и я.

Последовала неяркая вспышка голубого света. Мой брат высвободил ее. Он теперь единственный из нас обладает Иммралом – и та часть силы, что прежде принадлежала мне, теперь у него.

Я не хочу просить его о помощи. Не могу. Я удваиваю усилия, размахивая вперед и назад скимитаром, сражая одного спящего за другим, а они все равно напирают. Им неведом страх, у них нет эмоций, есть лишь желание истребить таких, как я.

Прошли те времена, когда мы защищали спящих от кошмаров. Теперь мы можем только бороться за свою жизнь. И непохоже, чтобы остались еще кошмары, с которыми нужно сразиться.

Сны – и хорошие, и плохие – покинули Аннун, не оставив на своем месте ничего, кроме злобной армии Мидраута[4 - Мидраут – валлийская форма имени Мордред. Так звали одного из отрицательных персонажей легенд о короле Артуре.]. И она нас побеждает, медленно, но верно, как океан, размывающий скалу.

Клинок, которого я не заметила, сверкнул справа от меня, глубоко врезавшись мне в плечо.

– Ах ты, мелкий… – выругалась я и протянула руку к сновидцу, все еще надеясь, что прежний толчок Иммрала пробежит сквозь мой мозг и руку и взорвет сновидца, превратив в инспайр.

Но ничего не происходит. Я вынуждена воспользоваться куда менее элегантной тактикой и просто рубануть его скимитаром по груди. Он падает, но на его месте появляются двое других.

Сновидец в тылу атакующей меня толпы падает с приглушенным вскриком. Потом другой и еще двое, сраженные одной стрелой.

Самсон.

Вскоре его лицо появляется над толкотней, решительное и яростное, – он колет и рубит окруживших меня стрелами, которые просто держит в руках.

Еще несколько взмахов – и он уже рядом со мной.

– Мне показалось, тебе тут одиноко, – усмехается Самсон.

– И скучно, – выдыхаю я, желая выглядеть такой же спокойной, как он.

– Как ты думаешь, – спрашивает он, – не пора ли дать отдых полку?

Он подразумевает: пора попросить Олли покончить с этим. Я не могу заставить себя сказать «да», но и не могу сказать «нет».