Служанка для алмазных змеев

Сердце колотилось не на шутку, грозя выдать мои «преступные» намерения, когда я спускалась по лестнице. Я лишь сильнее сцепила пальцы. А еще я боялась, что наги окажутся ужасными на вид, и я просто не смогу подойти к ним.

И мама ведь не зря предупреждала, она знала больше моего, какие коварные и опасные на самом деле эти змеи.

Она как-то обмолвилась, что служила у одного из них, но, заметив мой интерес, тут же замолчала. И больше, как я ни просила, так и не смогла выведать у нее.

Вот теперь мне бы эта информация еще как пригодилась бы, ведь хуже всего неведение.

Но я уповала на богов, которым день назад принесла щедрые дары: свежие фрукты, вареную крупу и мясо. И зажгла ароматные палочки во время молебны.

Диарра проводила меня к купальне и даже очертила над моей головой защитный знак – она по-своему хорошо относилась ко мне, – а потом легонько подтолкнула к двери.

И я… вошла, замирая от страха, в лучшую из купален.

В наполненной испарениями и запахом благовоний помещении я заметила несколько наших девушек, которые сверкали обнаженными формами перед бассейном, исполняя замысловатый танец.

Их тела блестели от ароматического масла, а танец походил на движения легкого пара.

Очаровывая мотивом, звучала приятная музыка, созданная магически. Ее ритм проникал в тело, наполняя его новыми ощущениями, хотя и не успокаивал, а будто готовил к чему-то очень важному.

Я опустила взгляд в воду, смущенная увиденным, как вдруг заметила чей-то золотой хвост на бортике бассейна.

А на его кончике набалдашник, увенчанный бриллиантами.

Я изумленно уставилась на этот шевелящийся змеиный хвост.

Он еще и двигался в такт музыке!

Я медленно перевела взгляд на хозяина хвоста – и вот тут чуть не обмерла. Я… я впервые так близко увидела нага. А это и есть обладатель столь шикарного хвоста, сложенного кольцами в воде?

От вида этого змея у меня перехватило дыхание.

Брюнет с роскошной шевелюрой длинных волнистых волос полулежал в воде, расслабленно облокотившись на противоположный бортик.

Я провела взглядом по его рельефной мускулатуре, покрытой бронзовой кожей, от плеча до руки, в которой он держал бокал темного вина, похожего на густую кровь.

Он медленно пил и в это же время с усмешкой взирал на меня, застывшую перед гостями подобно статуе.

В его взгляде прослеживалось пресыщение, безразличие высокородного. Но, в то же время, мне показалось, что мелькнуло любопытство.