Северный ветер

Кто такие эти «они» и почему хотят уничтожить мир, Харон не сказал. Как и не объяснил, что за судьба меня ждет. Пока что ясно было одно – я должна этот мир спасти.

Ну и задания в его чертовом квесте для игроков начального уровня!

Ладно, чтобы выполнить его, нужно обладать информацией. Для начала – хотя бы ответами на уже возникшие вопросы. А чтобы получить их, нужно полноценно общаться с всадниками.

Для этого я понемногу учила их язык, безустанно повторяя и старательно запоминая каждое слово, в значении которого была уверена.

И пусть моя память внезапно обогатилась на воспоминания из прошлого, новые знания удерживались в голове с большим трудом. И не из-за моей слабой способности усваивать иностранные языки! Знаниям словно что-то мешало. Словно для них не было места.

Я пыталась разговаривать с всадниками. В первые дни челюсть нещадно болела, но постепенно привыкла, и язык больше не казался отвратительно грубым. Произношением он походил на смесь немецкого и турецкого, а грамматикой – на итальянский и французский.

Всадники подсказывали и поправляли, когда я допускала ошибки, делали акценты на ударениях и произношении. Видимо, в их языке есть слова, которые немного различаются звучанием, но обозначают разные вещи.

Я узнала, что всадники называют себя мьари?вами, но не представляла, как это переводится. Зато отметила, что это слово созвучно с обращением ко мне, которое правильно произносилось как мьори?.

Я уже могла правильно попросить воду, еду и отдых, поблагодарить забавным словом мюрика?с и выяснила, что Авале?с ин а?ксаст кхар – это приветствие, как-то связанное с небом. Приветствуя друг друга и меня, мужчины сначала прижимали раскрытую ладонь ко лбу, а потом кулак к сердцу. Когда я сделала так же, они смеялись. Громко и радостно.

Вопросом: ах ам васахтю? им зю?льт? они интересовались, как у меня дела.

Странно, но отвечать на него нужно было даа?, если все хорошо, и нин, если плохо. Я всегда говорила даа? несмотря на то, что чувствовала себя отвратительно. Просто как сказать: «нормально» или «средне» я не выяснила. Всадники обменивались озадаченными взглядами, когда я пыталась объяснить это жестами. Казалось, что в их языке просто нет такого понятия, словно дела могли идти либо отлично, либо… никуда не идти, потому что ты – труп.