Ещё одна жизнь. Том 1

Парни заставляли мои мозги работать. Стоило понять это, я обнаружил себя самым счастливым человеком, у которого есть все.

Камрады. Братья. Любимая женщина и наш малыш внутри нее. Наша дочь…

Когда Хоуп принесла снимок УЗИ, даже Джеймс, который в тот момент заставлял меня работать на тренажере, едва не расплакался от восторга. Он шмыгнул носом и странно покряхтел, посматривая на нас.

– Что ж, на кого он похож я сказать не могу. Но мне кажется… Ну… Поздравляю вас. Детеныш будет… наимилейший!

Хоуп засмеялась, когда глаза сурового мужика покраснели.

А я смотрел на неясные очертания на снимке и улыбался, прекрасно понимая, что никогда мое сердце не будет биться так же сильно, никогда в жизни я не почувствую себя счастливее.

Даже когда Хоуп скажет мне: «Да» на церемонии бракосочетания, я не буду так счастлив, как в этот самый момент.

Я смотрел на этот снимок каждый день по многу раз. Он стоял на тумбе рядом с плюшевым пингвином, которого притащил Коннор. Камрад пришел за неделю до моей выписки, и я поразился тому, насколько хреново он выглядел.

Под глазами друга залегли темные синяки. Он явно страдал от недосыпа. И я знал причину – он боялся, что прошлое настигнет его, и мы все попадем под раздачу. Он все еще хромал – мудак из отряда Дэниела пробил ему ногу ножом почти насквозь. Впрочем, за это он поплатился жизнью.

Когда Коннор с нервной и немного дебильной улыбкой протянул мне плюшевого пингвина, я хохотал так, что заболел бок – камрад пришил к его шее маленькую персиковую бабочку.

Почесывая затылок и смущенно опуская взгляд, он сказал:

– Я надеюсь, что, глядя на этого парня, ты будешь…

– …думать о тебе?

Я поиграл бровями, и Коннор закатил глаза.

– Да пошел ты. Обо всех нас. И о том, что мы значим друг для друга.

Я поставил пингвина на тумбу и прислонил к нему снимок.

– Забудешь про вас, как же. Вы не вылезаете из моей палаты. И тебе, кстати, это явно не на пользу. Выглядишь…

Повернувшись к Коннору, я моментально умолк. Он смотрел на меня взглядом загнанного в ловушку зверя – с тоской и отчаянием.

Я напрягся, когда снайпер встряхнулся, словно сбросил тяжелый груз, и улыбнулся.

– Что?

– Ты мне скажи. Что не так?

Коннор странно посмотрел на меня, отвел взгляд и на пару мгновений зажмурился.

«Твою мать, он НАСТОЛЬКО СИЛЬНО переживает?».

– Камрад…

– Дай мне… секунду.

Я застыл в одной позе, боясь спугнуть его решимость. Левый бок прошибала боль, но я упрямо игнорировал ее.