Медиум

Усыпил мужчину, внушив, что он – собственный дед, без вести пропавший под Москвой осенью сорок первого, и вся аудитория обомлела от изумления, узнав подробности «пропажи». Никакой подставы! Полночи человек во сне рассказывал такие вещи, о существовании которых в своей «основной» жизни даже не подозревал! Окопные будни, бомбежки, атаки немцев, неделя в госпитале, снова бой, когда передвижная медсанчасть попала в засаду, и немецкие «фердинанды» утюжили полуторки с ранеными… Кстати, мой будущий работодатель Комиссаров считает себя последователем Богомыслова и утверждает, что уже дважды проводил подобные опыты…

Тут Ромка резко замолчал, словно заслонку вонзили в дымоход, сделал до невозможности задумчивое лицо и начал яростно расчесывать голую коленку.

«Осенило», – сообразил Вадим. И у него в голове шевельнулась незаконченная мысль, похожая на бред сивой кобылы.

– Есть, – сказал Ромка, отвергая задумчивость. Соорудил робкую улыбочку, – Допустим, вдова Урбановича к похоронам не сошла с ума и в ее несвязном бреде есть рациональное зерно.

Лето сорок пятого, окрестности германской столицы, небольшая войсковая часть стоит гарнизоном в деревеньке. В это время там что-то происходит. Оба убийства – Урбановича и Белоярского, невзирая на манеру исполнения, схожи. Да и сами престарелые парни, что ни говори, пара. Можно с хорошей долей уверенности допустить, что они не только были знакомы по жизни, но в далекие сороковые годы вместе топтали поля сражений. Как тебе идея?

– Продолжай, – разрешил Вадим. Все сказанное Романом он уже вторые сутки перекатывал в голове.

– Но ты же понял! – воскликнул Ромка. – По глазам вижу! – тут он понизил голос до полушепота, – давай я предложу Комиссарову провести эксперимент? Заодно проверим, насколько он выдающийся специалист в области бреда. Если сразу откажется – значит, специалист сомнительный. А вдруг получится? Деньги платить не будем – не всегда же ему работать за деньги! Можно и бесплатно – за благое дело, чисто по-соседски.

Не думаю, что он откажется.

– А кого ты предлагаешь в подопытные? – разыгрывал недогадливость Вадим.

– Внучку Белоярского, дуралей, – шипел Ромка. – Кто говорил, что она проживала вместе с дедом, жутко расстроилась, когда того прикончили? Неужели не согласится?

– А как я тебе ее организую? – растерялся Вадим. – Мы даже незнакомы.

– Так познакомься! – обозлился Ромка.