Морок пробуждается

Главное, что, когда присутствующие начнут склонять фамилию Данилыча, а тот будет с пеной у рта доказывать свою принадлежность к старинному княжескому роду, все – надо заканчивать и расходиться по домам, иначе этот князь неизвестных кровей мог здоровым кулачищем и в лицо ткнуть.

– А, Ванюша, – пробасил Данилыч. – Что ты там встал, как неродной? Заходи, присаживайся.

Иван прошел к столу и сел рядом с Пупком.

– Будешь? – Славка распахнул куртку робы и достал почти полную бутылку.

– Да что-то неохота…

– Ты что там, Эдика наслушался? – возмутился Серега.

– Дюже правильный он у вас, – заметил Славка.

– Не был он таким. – Данилыч затушил сигарету, потянулся к шкафчику, извлек граненый стакан и поставил его перед Славкой. – Не был. А ты, Ванюш, не слушай никого. Хочешь – пей, хочешь – нет. Ты должен почувствовать…

– Ага. Я вот, к примеру, чувствую, когда все – хватит. И говорю себе: все, Слава, довольно. – Славка налил в стакан водки.

– Что ты там чувствуешь? Мордой в асфальт воткнешься и то ни хрена не чувствуешь, – с улыбкой проговорил Данилыч.

– Мужики, а про Мишку вы ничего не слышали? – тихо спросил Иван.

– Бухнули мы с ним немножко за неделю, может, до того, как он вздернулся, – закуривая, ответил Пупок.

Иван не выдержал и отпил из предложенного стакана, потом взял у Сереги сигарету и затянулся.

– И что?

– Да ничего. Чушь какую-то нес. – Сергей поднял стакан и тоже выпил.

– Какую чушь? – Иван вдруг вспомнил свой разговор с Мишкой месяца два назад.

Отпросился у него тогда Мишка Савельев. Отпросился, так ничего и не объяснив… Тогда он ничего не хотел говорить. Так, сказал, мол, неприятности с прошлой работой. Непосвященным это могло показаться «какой-то чушью».

– Так какую чушь нес Мишка?

– Ну, он мне говорит: Серый, ты мертвецов видишь? Прикиньте?! Вижу ли я мертвецов? Ну, думаю, все, кранты Михе. Белая горячка.

– И что ты ответил?

– А что тут ответишь? Я сказал, что, мол, сегодня не встретил ни одного. А он посмотрел на меня и прошептал: вон же за тобой пацан без башки стоит.

Я медленно повернулся и… Мужики, вы знаете, я на какой-то миг, в натуре, увидел пацана без головы… Он держал ее под мышкой. Ну, я сплюнул через левое плечо, и эта херь исчезла. Тогда я подумал, что Мишкина горячка или еще что – заразная. У меня до сих пор мурашки по коже, когда вспоминаю…

– Да зря ты, – вставил Славка Вишневский. – Я вот как-то ночью просыпаюсь ни с того ни с сего. Лежу и смотрю в потолок.